Chapter Text
Экипаж вздрогнул, как погремушка в руках ярмарочного шута, и Луизу бросило вперед, в объятия мужа. Лорд Хардингтон среагировал мгновенно, хотя еще секунду назад казалось, что он крепко спит.
— В чем дело, Джонс? – сердито крикнул он, распахивая дверцу экипажа.
— Не знаю, сэр! – раздался в ответ тяжелый бас кучера. – Лошади резко остановились. Похоже, испугались чего-то.
— Чего они могли испугаться?
— Не знаю, сэр!
— «Не знаю, сэр», — раздраженно передразнил его виконт. – Тайлер, сходи и посмотри!
Камердинер виконта проворно слез с козел. Лорд Хардингтон достал из кармана часы.
— Джонс! Ты говорил, что мы будем в Гринвуд Мэнор еще до заката. А сейчас уже почти полночь!
— Сам удивляюсь, сэр, — пробасил кучер. – Вроде по дороге едем, а вроде как плутаем. Будто нечистая сила кругами водит.
— Что ты несешь? Как можно заблудиться, не съезжая с наезженной дороги?
— Вот и я удивляюсь, сэр: как так? Говорю же, будто нечистый…
— Недоумок, — обругал кучера виконт. – Нечего прикрываться нечистой силой!
Лорд Хардингтон считал себя просвещенным человеком и презирал любые суеверия.
— Тайлер! – его нетерпение росло с каждой секундой.
Луиза наклонилась и дотронулась до руки мужа, предлагая успокоиться.
— Здесь кошка, сэр! – раздался звонкий голос Тайлера.
— Бог мой! – удивленно воскликнула Луиза. – Кошка?
— Ну, или кот! Сидит тут посреди дороги.
— Я же говорю – нечистый водит, — по новой вступил Джонс. – Вот и кошка…
— Замолчи, ради всего святого, — сердито оборвал его виконт. — Или отправлю на кухню, посуду драить! Откуда здесь взяться кошке? Поблизости нет никакого жилья.
— А как же деревня? – спросила Луиза.
— Какая деревня?
— Перед тем, как мы остановились, я видела слева огни. Разве это не деревня.
— Нет, миледи, — пробасил не в меру разговорчивый Джонс. — Слева только лес. И никаких огней я там не видал.
Лорд Хардингтон снова открыл дверь экипажа и выглянул наружу, пытаясь разглядеть в темноте своего слугу.
— Что там с этой кошкой, Тайлер?
— Сидит на дороге и никуда не уходит.
— Так прогони!
— Я пытался! Сидит и пялится на меня!
— Вот ведь бесовское отродье! – в полголоса пробормотал кучер, а потом не удержался и крикнул: – Еще и черная поди?!
— Не-а! Белая! Только одно ухо то ли черное, то ли испачканное чем.
Виконт чуть слышно выругался, обещая отправить обоих лоботрясов на кухню, и уже поставил ногу на подножку, собираясь выйти из экипажа, когда Луизу будто кто за язык дернул:
— Позволь мне посмотреть.
Виконт посмотрел на жену с нескрываемым изумлением: Луиза никогда не отличалась особой храбростью, а тут вдруг захотела идти смотреть на бродячую кошку на пустынной дороге.
— Что же, — виконт вышел сам и подал руку жене. – Пойдем, коли тебе так хочется.
Кошка оказалась котенком-подростком: с длинными лапами и хвостом, большими ушами, одно из которых, действительно, украшало продолговатое черное пятно, тогда как все остальное тело животного было абсолютно белым. Шерсть на его голове была взъерошена, будто кто-то провел по ней мокрой рукой – от затылка к переносице, из-за этого казалось, что между ушами у него растут крохотные рожки. Подошедший вслед за хозяевами Джонс охнул и перекрестился. Тейлор же демонстративно топнул ногу и замахнулся на кошку позаимствованным у Джонса хлыстом – кошка даже ухом не повела.
Луиза подошла поближе и наклонилась, протягивая руку, словно держала на ладони какое-то угощение.
— Китти-китти, — позвала она.
Неожиданно для всех, и даже для самой Луизы, кошка вскочила с насиженного места, смешной, подпрыгивающей походкой подошла к виконтессе и начала тереться о подол ее юбки, задрав при этом свой длинный, как перо фазана, хвост.
— Эка! – удивленно крякнул Джонс.
— Кот, однако, — добавил Тейлор.
— Какой ты славный, — Луиза почесала общительное животное за черным ухом. Кот зажмурился и начала громком мурлыкать. Луиза посмотрела на мужка: — Давай возьмем его с собой! Пожалуйста, Эдвард!
Лорд Хардингтон нахмурился, но потом нехотя согласился.
— У нас есть, во что его посадить, Тейлор? – все еще хмурясь, спросил он у камердинера. – Не хочу, чтобы он сидел рядом с нами. Надо еще проверить, нет ли у него блох.
Тейлор сбегал к экипажу и тут же вернулся с потрепанной корзинкой. Он поставил ее на землю рядом с котом. Тот посмотрел на корзинку, затем на Луизу.
— Будто понимает чего! – усмехнулся Джонс.
Луиза махнула рукой, и кот послушно забрался в корзинку.
— Умница какой! – воскликнула виконтесса. – Я назову тебя Спот – из-за пятна.
— Мау! – откликнулся Спот.
*****
— Нет, я не спорю, когда на тебе ищут блох, это, можно сказать, даже приятно, но лучше бы это делала сама виконтесса, а нее горничная. У девицы пальцы короткие и грубые, а у виконтессы – тонкие и…
— Восхитительные! – прервал Пака Оберон. – У нее восхитительные пальцы! Как и все остальное!
Пак впился зубами в яблоко и сморщился, но не из-за яблока, а из-за выражения лица короля эльфов.
— Когда ты пальцы-то ее разглядел? – покачал головой Пак. – Темно же в экипаже было, пока ты с ними по окрестностям катался.
— Я знаю! – продолжал настаивать Оберон.
— Как скажешь, — пожал плечами Пак. По опыту он знал: с влюбленным королем спорить бесполезно.
— Не задерживайся тут! – от овладевшего им возбуждения Оберон не мог усидеть на месте, он расхаживал из стороны в сторону, а сидящий на стволе упавшего дерева эльф следил за ним внимательным взглядом обеспокоенного родственника. – Тебе пора возвращаться!
— Да я только пришел! – возмутился Пак. – Мне подкрепиться нужно! На одном молоке я долго не протяну, не мышей же мне ловить, в самом деле!
Оберон подхватил стоявшее рядом с Робином блюдо с фруктами и сунул его ему в руки.
— По пути подкрепишься. Возвращайся! Как только узнаешь что-нибудь полезное для меня, тут же мне сообщи.
— Не в первый раз, — угрюмо огрызнулся Пак.
— Что ты сказал?! – по-королевски нахмурился Оберон.
— Говорю, что все понял!
*****
Белый кот с черным пятном, новый любимец леди Хардингтон, вернулся в Гринвуд Мэнор перед рассветом. Горничная виконтессы обнаружила его спящим на кресле в комнате хозяйки, когда пришла утром ее будить.
— Ма-а-ау, — приветствовал он обеих женщин и новый день.
— Мэри, принеси для Спотти молока! – распорядилась Луиза. – И скажи Нэнни, чтобы сшила для него подушку, — она вгляделась в круглые кошачьи глаза. – Зеленую!