Work Text:
2021-01-01 в 11:11
Гость
2021-01-01 в 11:11
Гость
Вэй Ин украсил выезд из тройного акселя парой задорных твиззлов и подъехал к бортику. Отдышавшись, он жадно припал к бутылке с водой, протянутой пританцовывающим за бортиком Не Хуайсаном, и уставился на то, как по другую сторону катка Цзян Чэн неистово долбился тоже об аксель, но уже четверной. Это была жестокая битва на равных, и невозможно было предугадать, кто в итоге победит. Цзян Чэн разгонялся, взлетал на невозможною высоту и, казалось, в какой-то момент попросту зависал в воздухе, пренебрегая гравитацией, – и каждый раз падал, заставляя всех вокруг вздрагивать и съеживаться. Или не падал, но тогда делал страшное лицо – опять недокрут.
Он уже давно вбил себе в голову, что это лучший способ достичь наконец невозможного, и как будто даже забил на борьбу за золото. Вэй Ин, впрочем, мог это понять: золото каждый год кто-то берет, а вот аксель в четыре с половиной оборота – это пока фантастика. С начала сезона Цзян Чэн упрямо пробовал его на тренировках перед этапами Гран-при, морально подавляя соперников, так что те потом дружно валили произвольную. Под психоделическую музыку из прогона произвольной Вэй Ина, в которой тот изображал то ли некроманта, то ли наркомана – СМИ и соцсети так и не определились, – это было и правда непередаваемое зрелище. И вот на национальных Цзян Чэн решил вставить это безумие в прокат, рискуя остаться без Олимпиады, – даже если и не развалит произвольную в хлам, кто такого чокнутого туда повезет?
– Это немного пугает, – признался подъехавший к борту Мэн Яо и поежился. Не Хуайсан ободряюще похлопал его по плечу, а Вэй Ин только ухмыльнулся. Еще бы его это не пугало!
В некотором роде Мэн Яо был гением. Начал кататься очень поздно, и техника его была далека от совершенства – ему просто некогда было изучать все тонкости правильного исполнения элементов, но он сумел вскарабкаться в топ, отвоевывая свое невероятной работоспособностью и обаянием. В прокатах он умудрялся настолько расположить к себе зрителей и судей, что те даже не замечали, как он внаглую крутит первый оборот прыжка прямо на льду.
– Он серьезно хочет вставить это в программу вместо лутца? – внимательный взгляд следил за пошедшим на очередной заход Цзян Чэном, словно бы сканируя каждое движение. – Но какой в этом смысл – он выигрывает по базе совсем немного, а риск огромный.
– Тут уже дело не только в баллах, – хмыкнул Вэй Ин. – Ему важно прыгнуть и быть первым.
Мэн Яо покачал головой.
– Это физически невозможно.
– Если не Цзян Чэн, то я не знаю кто! – уверенно заявил Вэй Ин. – Между прочим, он может и квинт скрутить.
Мэн Яо с сомнением прищурился и уточнил:
– На удочке?
Вэй Ин расхохотался:
– На реактивной тяге!
Цзян Чэн вдруг резко свернул к ним, обсыпав крошевом из-под лезвий, и свирепо уставился на Вэй Ина, тяжело выдыхая облачка пара.
– Эй ты! Жить надоело?!
Мэн Яо откатился чуть назад, Не Хуайсан присел за бортик, а Вэй Ин продолжил смеяться и широко развел руки.
– Вот примерно на такой.
– Пойду повторю каскад, – пробормотал Мэн Яо и поспешно ретировался. Вэй Ин проводил его сочувствующим взглядом, а Не Хуайсан вздохнул:
– Бедняга.
– У бедняги пять видов четверных, – напомнил Вэй Ин. – И лутц-риттбергер.
– Все виды перекрученных тройных, ты хотел сказать? – хмуро уточнил Цзян Чэн. Вэй Ин хмыкнул:
– Расскажи это техпанели и серебру с прошлого ЧЧК. А еще он почти всегда чисто катает обе программы.
– Зато, если начал валить и распсиховался – то гасите свет.
Над катком пронесся дружный вздох.
– Все равно ему надо выше головы прыгнуть, чтобы отобраться на Олимпиаду, – упрямо повторил Цзян Чэн. – Если за него уже не занесли, конечно.
– Вы бы не каркали, – вдруг подал голос Не Хуайсан. – Один тут вызов гравитации решил бросить, другой может начать катать не пойми что посреди программы, потому что ему так вдохновение подсказало. Возьмут и решат, что одного стабильного Лань Чжаня мало, надо для надежности взять еще одного не упоротого.
– В глаз захотел? – миролюбиво поинтересовался Цзян Чэн, а Вэй Ин заулыбался и закивал. Не Хуайсан не дрогнул, видимо, решив отстоять честь еще одного друга до конца.
– Братишке Яо и так не просто обскакать кого-то из вас троих, так теперь он еще и боится, что из-за отца его специально завалят.
– Тренер Цзинь снова спровоцировал секс-скандал? – догадался Цзян Чэн.
Цзинь Гуаншань еще со времен катания в танцах со скоростью звука менял партнерш, что на льду, что в жизни, и до сих пор не пропускал ни одной юбки, даже если это грозило неприятностями.
– Он в своем репертуаре, могли бы уже привыкнуть, – Вэй Ин пожал плечами.
– Ну, слать дикпики юниоркам и правда было лишним, – заметил Не Хуайсан. – Вэй-сюн, ты закончил? Вижу же, что без энтузиазма катаешь, а нам еще нужно успеть…
– Да погоди ты, – отмахнулся Вэй Ин и нахмурился. – У меня снова флип не идет, а если я его заменю, то отстану от Лань Чжаня по базе.
Цзян Чэн фыркнул:
– Ничего, повиляешь перед судьями задом – и накинут тебе в компоненты.
Вэй Ин вдруг широко ухмыльнулся.
– Ха! Тебе просто завидно, что это я снова занял первое место в рейтинге лучших задниц ФК, – заявил он уверенно. Ни у кого не было такой роскошной пятой точки и такой тонкой талии – все рейтинги были единодушны, но в некоторых все же зрел дух противоречия.
– Тоже мне, достижение! – фыркнул Цзян Чэн. – И покажи мне здесь того, кто не мог бы похвастаться тем же!
– Вэй-сюн в этом плане и правда выдающийся, – возразил Не Хуайсан и, мечтательно прищурившись, добавил: – Особенно, когда тренит в своих порно-трениках.
Вэй Ин расхохотался и хлопнул себя по отставленному заду, туго обтянутому тренировочным штанами. Цзян Чэн закатил глаза и уехал, а Вэй Ин в который раз благословил тот день, когда в межсезонье приехал в лагерь Лань Цижэня и услышал, что порно-треникам не место на этом катке. Вэй Ин с тех пор только их и носил на радость фанам, а недавно один спортивный бренд даже предложил ему коллаборацию.
Тем временем пролетающий мимо них на головокружительной скорости Лань Чжань ударил зубцом об лед, взлетая в, казалось бы, безусильный четверной лутц.
– Какая совершенная красота, – восхищенно выдохнул Не Хуайсан. Вэй Ин был полностью с ним согласен: Лань Чжань едва ли не единственный сейчас имел непоколебимо правильную технику. На его лутц с минимальным преротом и с глубочайшим внешним ребром можно было с восхищением… медитировать часами. Наверняка, юниоры этим и занимаются. Вернее занимались. Сейчас большинство больше интересовали лайфхаки, как спрятать неправильное ребро в углу катка.
– Чудо как хорош, – согласно протянул Вэй Ин, прижав палец к губам. Почему бы и не восхититься соперником, с которым на каждом старте сражался за первое место, порою вырывая сотые доли балла? Лань Чжань обладал мощными прыжками и стремительными вращениями. Вэй Ин же мог нагрязнить из-за небрежности, но легкость и скорость помогали ему отыграться на дорожках, к тому же никто не мог сравниться с ним в умении перекраивать контент на ходу в случае срыва элемента. Да и по презентации он уделывал всех. Короткая этого сезона – стремительная и игривая – тому подтверждение.
– Все, давай прогоним показалку, – решительно заявил Не Хуайсан, снял чехлы и выехал на лед. Вэй Ин отмахнулся:
– Да ладно тебе! Что ты такой серьезный?
– Не ладно, – Не Хуайсан ткнул его пальцем в грудь. – Это мой дебют хореографа на топовом уровне. Если все пойдет как надо, у меня могут и соревновательное заказать на следующий сезон. Только попробуй напортачить, – сказал он, глядя исподлобья. Вэй Ину на миг показалось, что он встретился взглядом с Не-шесть-квадов-в-произвольной-Минцюэ, которого Вэй Ин еще успел застать в свой первый взрослый сезон, но он тогда был непуганым и полным энтузиазма дебютантом, и тот на него должного эффекта не произвел. А на следующий сезон Не Минцзюэ уже ушел, прихватив олимпийское серебро, тренировать новое поколение «прыгучих бревен».
– Хорошо-хорошо. Чего не сделаешь для друзей! – сдался Вэй Ин, выезжая в центр катка, пока Не Хуайсан возился с музыкой. Из него самого приличного одиночника не получилось: он даже не вышел из юниоров во взрослые, но вместо того, чтобы выкинуть ненавистный спорт из своей жизни, внезапно подался в хореографы. Обладая впечатляющим прыжковым антиталантом и местами в конце таблицы, Не Хуайсан все равно был желанным гостем на всех гала, умудряясь превратить показательный прокат в произведение искусства без единого прыжка. Теперь же он мог ставить другим то, что в жизни не выкатил бы сам.
– Больше надрыва! – требовал Не Хуайсан, объезжая вокруг Вэй Ина на одной ноге, пока тот пытался отдышаться, стоя в финальной позе. Конек выписывал на льду замысловатые узоры, словно Не Хуайсан вознамерился нарисовать посреди катка абстрактную картину. Вэй Ин догадывался, что тот способен откатать программу, не коснувшись льда второй ногой, а тренеры братьев Не вздыхали, что из них двоих можно было бы слепить одного фул пэкэдж фигуриста, но природа решила пошутить, и в век победивших квадов Не Хуайсан остался не у дел. – Это было горячо, но лед не расплавился!
– Завтра расплавится, – пообещал Вэй Ин. Завтра на него будут смотреть тысячи глаз – и он выбросит коньки, если его не захотят все до единого! Он уже не жалел, что поддался на уговоры Не Хуайсана и позволил поставить себе новую произвольную под саундтрек из некогда нашумевшего откровенного фильма. Костюм они тоже придумали что надо – всего лишь пресловутые порно-треники и водолазка. И небрежно заткнутый в задний карман красный платок. – Да и сегодня вышло круто. Лань Чжань, что скажешь? – Вэй Ин заметил, что тот внимательно следил за прогоном.
– Редкостное бесстыдство, – честно ответил Лань Чжань.
– Лучший наш критик подтверждает, – Вэй Ин рассмеялся и подмигнул ему, а потом Не Хуайсану. Лань Чжань задрал нос и уехал дальше лутцевать через весь каток.
– Не подведи меня на гала, – строго повторил Не Хуайсан. – Тогда Цзян-сюн разрешит мне поставить и ему. Хотя на самом деле достаточно выкатить его на лед во всем черном и попросить просто быть собой, – он вздохнул.
Вэй Ин понимающе хмыкнул. Цзян Чэн в жизни был сварливым и нелюдимым, мало кто реально хотел бы с ними пообщаться. Но стоило ему выйти на лед – как случалась магия, словно появлялся совсем другой человек, заставляющий толпу биться в экстазе.
– Прыгнет он завтра свой кваксель, и не будет никакого гала – каток взорвется. Зрители тоже кончатся как личности, помяни мое слово, – пообещал Вэй Ин. Не Хуайсан издал короткий смешок.
– Хорошо бы, я на него поставил кучу денег.
Цзян Чэн заходил на очередную попытку. Все на катке застыли, не в силах оторвать глаз.
URL
URL