Work Text:
На самом деле он хорошо знал своего Сяо Чжаня, но в этот момент Ибо не знает, как мог поверить в такое? Просто как?
Возможно это из-за того, что в последнее время они реже начали видеться и у него и так были страхи по этому поводу. А в этот вечер его парень выдает, что он устал и нужно расстаться. Кажется в этот момент Ибо тонущий в своих сомнениях, услышав такое не мог не принять их в серьез. Ну а как же, что ему нужно было думать, когда после этих слов Сяо Чжань просто… ушёл… оставил его и даже не обернулся узнать в порядке ли он!
Домой Ибо добрался в крайне плохом состоянии, уставший не только морально, но и физически. Так как, чтобы выплеснуть свои эмоции ему нужно было пойти в тренажёрную. Тело так ломило, что у него даже сил не осталось плакать, хотя чувствовал будто что-то острое режет душу и хотелось все это выплакать. Но придя домой, единственное на что он был способен, это провалиться в Царство Морфея… В последствии чего, он даже не услышал зазвеневший утром будильник и проснулся только после обеда. По началу, все что он думал, это «я проспал на работу, твою ж мать»... И только спустя несколько минут все отрывки вчерашнего вечера промелькнули в его воспоминаниях. Минута, две, пять, Ибо завис, утонув в этих мыслях. А затем казалось, что-то вспомнил и начал собираться быстрее. И нет. Не из-за работы.
- Как вы посмели! - ворвался он в кабинет директора полиции, даже не скрывая свою злость.
- Что? - замешкался сначала мужчина, который спокойно попивал чаёк в своём кабинете, ведь на него так никогда не повышал голос какой-то офицер, который гораздо ниже его по званию. От страха, он даже пролил на себя свой чай, ведь с таким громом врывались к нему только вышестоящие генералы, которые отвечали за военные дела страны. Всего за несколько секунд, пока он не увидел лицо этого сопляка... вся жизнь пролетела перед глазами!
- Опять опасная миссия, да? Кроме Сяо Чжаня у вас что, нет других военных? Отправьте тогда меня просто вместе с ним! - продолжал Ибо повышать голос. Сейчас его мог успокоить только его Сяо Чжань, который сам бы объяснил всю ситуацию!
- Да что ты себе позволяешь, Ван Ибо! - проорал в ответ директор придя в чувства.
- Либо вы сами отправите меня туда, либо я сам поеду, - сквозь зубы процедил офицер смотря прямо в глаза начальства.
- Ты с ума сошёл? Ты простой офицер, а он военный!
- Ладно, я сам, - улыбается Ибо в ответ на такие слова и уходит прочь из этого места.
Раз уж не хотите по хорошему! Значит будет так, как он пожелает. Простой офицер? Если бы не эта травма… Ладно, он обещал себе не думать об этом.
***
- Офицер Ван поднял шум в отделении. Мне позвонили и сказали, что он хочет добраться к нам, - прибежали к нему с новостями.
- Он не сможет сюда добраться, - отвечает Сяо Чжань, хотя в своих словах очень сомневался… и казалось бы, все тут присутствующие тоже в этом не были уверены. Все знали, какой Ван Ибо, когда дело доходит до того, чего он хочет достичь. Если он захочет, значит сделает это несмотря даже ни на какие опасности. Именно эта черта привлекла его в нем, но в этот раз Чжань хотел, чтобы тот не смог… Он не может вновь поставить его жизнь на угрозу.
Пол часа… всего пол часа назад ему донесли новости, а вот уже Сяо Чжань слышит такое знакомое «Прочь!» по ту сторону корабля. Да, корабля! Они уже давно отплыли от берега, но…
- Как ты тут оказался? - задаёт крайне глупый вопрос Чжань увидев его тут, за что мысленно смеётся со своих слов.
- Расстанемся на том свете. Понял? - отвечают ему и он видит злость в глазах Ибо. Да, он понимает, что плохо поступил. Нужно было сказать всю правду, но у него не было другого выбора.
Жизнь военных, она не такая веселая и захватывающая, как показывают в фильмах. Тут каждый рискует потерять свою жизнь в любую секунду. Никто не знает в какой момент твоей семье донесут печальные новости и вручат им белый конверт с письмом, которое уже заранее написано. Сяо Чжань знает какого это… когда ему сказали, что Ван Ибо был сильно ранен и находится в плохом состоянии. Тогда он сжимал это белое письмо и только мог молится… чтобы не забирали у него его. Это единственное, на что он был тогда способен. И он не хотел заново проходить через это…
- Ты не можешь тут находиться. Уходи, - отвечает Чжань более спокойным тоном, чтобы не дать волю чувствам и случайно не рассказать про все свои страхи…
- Могу, - цедит Ибо и вытаскивает из своего кармана какую-то… бумажку? - Меня вернули на должность.
- Ван Ибо! - теперь уже злиться Сяо Чжань.
- Для тебя капитан Ван, лейтенант Сяо, - отвечает Ибо и лишь победно поднимает свои брови. Пока «лейтенант» пытается собраться с мыслями, Ибо узнает у других серьёзность всей ситуации и саму ситуацию.
Чтобы разобраться со всем, Сяо Чжань уводит его в пустую каюту. Им нужно было поговорить.
- Откуда это у тебя? Как долго? - сразу переходит он к делу, когда они остаются наедине.
- Нет, сначала ты ответь. Что за фокусы с расставанием?
В голосе Ибо он слышал нотки обиды. Он и так винил себя во всем, а теперь и это…
- Месяц назад. Мы играли с отцом в гольф и за победу, я попросил восстановить меня в должности. Сидеть в каком-то Богом забытом отделении… я чувствовал, что с ума сойду. И ты тоже. Тебя видеть стало трудно. Вы с отцом из-за одной травмы упекли меня туда, словно в психушку, - начинает Ибо, осознав, что его любимый не собирается отвечать в ближайшее время.
- Ты ненавидишь гольф, - перебивает тот его…
- Да! Терпеть не могу, - соглашается он, но посмотрев в глаза человека напротив, продолжает со всей серьёзностью, - ЧжаньЧжань, я знаю, ты никогда не говоришь об этом вслух. Но хватит винить себя во всем. Ты не в чем не вино…
- Ибо ты чуть не погиб из-за меня тогда. Ты должен был спасать свою задницу, а ты побежал спасать меня! Знаешь, что я тогда чувствовал? А перед твоим отцом? Я не знал, как ему доложить об этом! - снова перебивает его Чжань… а вспоминая те не хорошие моменты в его глазах накапливаются слёзы, готовые вот вот выйти наружу, из-за чего он потеряет все своё самообладание. Он ожидает, что сейчас Ибо разозлиться сильнее с его слов, но… внезапно его обнимают, крепко прижимая в свои объятия. И наверное это то, что им нужно было все это время. Просто поговорить и закрыть навсегда эту тему… Но Сяо Чжань решил молчать так долго, что сейчас сдерживать себя было труднее всего, а оказавшись в объятиях любимого, его и вовсе разносит и он начинает рыдать как сумасшедший. И плевать даже если все услышат его. Он не мог заплакать даже тогда, когда Ибо лежал на больничной койке находясь между жизнью и смертью. В тот момент он не мог себе позволить даже этого, просто тихо прося Бога пощадить его. И вот сейчас все это наконец-то выходит наружу. Слёзы и ком в душе, которую он сдерживал несколько лет. Ложился спать, просыпался, жил с этими мыслями! А успокаивающие поглаживания в спину от любимого все сильнее заставляли плакать. Он не мог себя остановить…
- И сколько ты это терпел, - ласково обращается к нему Ибо, все еще поглаживая его спину, когда он немного успокаивается.
- Прост… - только пытается ему ответить Сяо Чжань, как его сразу же перебивают.
- Не смей. Не говори мне это слово ЧжаньЧжань. А теперь взгляни на меня.
Ибо берет его лицо в свои ладони и смотрит ему прямо в глаза. Он был чуть ниже Сяо Чжаня, поэтому со стороны это выглядело бы очень мило… Вытерев слёзы с лица любимого он произносит следующее:
- Если бы я был в опасности, ты бы тоже сделал тоже самое, что и я. Я в этом уверен. Поэтому впредь не делай так, не принимай решения самостоятельно. Это наши отношения, не только твои и мы должны делать всё вместе. Перестань винить себя. Даже если эта ситуация повторится, я без колебания буду готов отдать за тебя свою жизнь.
- Ибо, не говори так…
- Слушай до конца.
Сяо Чжань кивает.
- Давай лучше защищать друг друга на поле боя. Тогда с нами обоими ничего не случится. Я тоже не хочу чувствовать то, что чувствовал ты тогда. Обещаю, я постараюсь изо всех сил не дать тебе почувствовать этого и во второй раз. А ты должен обещать мне, что перестанешь много думать об этом. Ладно?
- Хорошо.
И всё. Вот этот разговор нужен им был последние три года. Просто поговорить… как много это решило проблем. И жить стало намного легче…
- Я люблю тебя ЧжаньЧжань.
- Я тоже люблю тебя Ибо.