Work Text:
«Любая дорога начинается с первого шага, — учил Ибо отец. — Но не все отваживаются даже из дома выйти».
В летнем небе таяли облака, пахло скошенным сеном и собирающейся грозой. По лицу отца стекали крупные капли пота, когда он говорил про первый шаг, и больше всего на свете Ибо хотелось упасть в придорожную пыль, широко раскинув руки.
Он всегда ненавидел две вещи: август и долгий путь. Но с тех пор, как они с отцом в тот раз вышли из дома, Ибо туда не возвращался. Слишком много под ноги стелилось дорог, слишком мало времени оставалось до зимы, никогда не получалось вернуться вовремя, к празднику весны: попробовать мамину свинину, положить деньги в красные конверты, целоваться на пороге.
Ибо сам не знал, с кем он собирался целоваться, он даже маминого лица не мог припомнить, не то что школьных подруг. Ему хотелось хотя бы раз ощутить, о чем пишут в книгах, почему людям так нравится тереться губами друг о друга. Он пытался спрашивать об этом отца, но тот всегда сердился и приказывал замолчать.
Все, что его интересовало и о чем он мог говорить — охота. Никто не знал, откуда появились демоны. Но люди знали — в одном мире им не ужиться.
«Демоны похожи на людей, но не люди. В них столько же человеческого, сколько в этой мухе, — на этих словах отец поморщился и сжал насекомое. По пальцам потекла бледно-зеленая жидкость. — Ты сам поймешь, когда мы их встретим».
Ибо ничего не понял. В воздухе запахло мятой, шалфеем и чем-то еще неуловимым, а затем отец неожиданно свернул с дороги в лес и появился с темноволосой девчонкой, которую тащил за собой. Девочка была красивая, такая красивая, что у Ибо закружилась голова, и отец ударил его по щеке.
«Не смотри им в глаза, никогда не смотри им в глаза, опасно, это опасно».
Глаза у девочки оказались фиолетово-черными как ягоды беладонны, а кровь — неожиданно — темно-зеленой. Она тонкой струйкой потекла между приоткрытых губ, когда отец выстрелил девочке в грудь.
«Я же говорил, они нелюди».
Самая первая жертва долго снилась Ибо: почти каждую ночь, он просыпался от собственных криков и головной боли.
«Не надо в глаза им смотреть», — ворчал отец.
Ибо так и не осмелился сказать, что взгляд демона оказался ни при чем, все дело было в запахе: мяты, шалфея и немного жимолости.
Все остальные забылись, все те, кого отец научил выслеживать и убивать. Демонов оставалось не так уж много, охотников еще меньше. Мало кому хотелось провести всю жизнь в дороге, выискивая следы тех, кто пока еще оставался в мире людей. Отец рассказывал: «Самые лучшие охотники получаются из тех, у кого в роду были демоны, они могут по запаху почуять своих, но рано или поздно все они сходят с ума. Проклятая кровь есть проклятая кровь».
Ибо всегда бледнел при этих словах отца. Ни разу он не проговорился отцу про запах — еле ощутимый мяты, шалфея и крушины. Каждый раз, когда отец выслеживал очередного демона, он ощущал этот аромат. Каждый раз он мучился от головных болей, но молчал.
Молчал до тех пор, пока отец не решил — Ибо может охотиться в одиночку. Теперь он шел по пыльной летней дороге, над которой таяли облака и пахло скошенной травой. Ноги гудели от усталости, по лбу стекали крупные капли пота. Ибо сам не понял, как оказался в деревне. На карте никаких поселений тут не было, но во время охоты он так часто сбивался с дороги, что не почувствовал опасность.
Парень стоял возле колодца и крутил в руках большой подсолнух. Желтые лепестки касались острых скул, в уголках губ запекся малиновый сок, а на шее переливались в лучах закатного солнца капли воды.
Ибо никого в жизни красивее не встречал. Он запнулся, чуть не рухнул на колени и невольно поднес ладони к голове. В воздухе разливался уже знакомый запах мяты, шалфея и вороньего глаза.
Парень положил подсолнух на землю, сделал первый шаг к Ибо, потом еще один.
«Ты тоже из наших? — зачем-то спросил он. — Пахнешь так приятно. Меня зовут Сяо Чжань».
И поклонился.
Из той деревни вело множество дорог в разные стороны, но Ибо так ни одной и не выбрал. Губы у Сяо Чжаня были такие нежные, такие мягкие, что оторваться от них получалось с трудом — хоть на пороге целоваться, хоть в комнате.
Если бы отец вдруг решил спросить его, почему он остановился, Ибо бы ответил: ничем те, кого вы назвали демонами, от людей не отличаются, а свой род убивать нельзя. Разве что порой замечал он в глазах Сяо Чжаня фиолетово-черные отблески, ядовитые как ягоды белладонны, но забывал об этом на утро.
Любая дорога рано или поздно заканчивается. В любом охотнике есть немного от демона. А в демоне — от охотника.
Яд может убить. Может вылечить. Главное — не перепутать дорогу и дозировку.
Наше лето 2023 | BoZhan Pacific Chill (FB24) | Интервью с командой | Twitter | TG
WTF24:
Визитка | Тексты G-T | Визуал G-T | Челлендж | Тексты M-E | Визуал M-E | Спецквест
Подпишитесь на нас на всякий случай :3