Work Text:
Дверь качнулась бесшумно, несмотря на её внушительную толщину. Брок прикрыл за собой тяжёлую створку и принялся спускаться по лестнице. Большой подвал своей защищённостью напоминал противоракетный бункер, но несколько решёток, делящих пространство, и цепи, развешанные по тяжелым бетонным стенам, наводили на правильные мысли.
Посреди помещения на полу был брошен широкий матрац, неожиданно для этого места аккуратно накрытый тёмной в звёздочку простынёй. На нём, задницей вверх, без движения, лежал Капитан Америка — Стив Роджерс, одетый только в широкий браслет на левой лодыжке, цепью приковывающий его к кольцу в полу. Несмотря на кажущуюся тонкость звеньев, разработан этот девайс был на Халка, так что и суперсолдату должно было хватить. Вообще обычно в комплект входили ещё и наручники с шоковым ошейником, но Брок не любил их использовать.
Между шикарных ягодиц торчало навершие плага — серебряная круглая плашка со звездой и кругами. Полная копия знаменитого капитанского щита. Личное пожелание агента Брока Рамлоу: вещицу пришлось делать на заказ, но оно определённо того стоило.
Брок подошёл, постоял, любуясь открывающимся видом, несильно потыкал матрас мыском ботинка. Присел на корточки, тронул рукой взлохмаченные волосы Роджерса, собирая их в кулак, повернул его голову лицом к себе. Капитан распахнул голубые глаза — какие-то выцветшие и совершенно измученные. Поймал взгляд Брока, нервно облизнул пересохшие губы.
— Опять? — голос был хриплым то ли со сна, то ли сорванным ещё до него.
— Ты же знаешь, детка: тут всё зависит от тебя. Но ты же упрямый…
Стив помедлил, потом неохотно кивнул.
— Серьезно? — приятно удивился Брок.
— Да… давай.
Брок вытащил из кармана телефон, мигающий иконкой вызова, ткнул в экран и сунул в ладонь Роджерсу.
— Фьюри на линии.
— Ник? — Роджерс помолчал, слушая собеседника. — Да… нет. Нет. Я только вернулся с миссии, и я сейчас не в состоянии никуда лететь… Ник, мы с тобой обсуждали это — не надо затыкать мною все дыры подряд. Я один. Я физически не могу прикрыть всё человечество, ему придётся как-то справляться самому. Поэтому я… нет. Я не буду с тобой разговаривать в таком тоне. Спасать мир я могу и с Мстителями. И, думаю, наш контракт со ЩИТом… да, хорошо. Жду.
Роджерс поменял позу, упираясь лбом в подушку и пристроив телефон к уху так, чтобы он лежал на плече сам. Держать трубку рукой ему явно было неудобно. Рамлоу прижал телефон ладонью, за что получил благодарный взгляд.
Дверь открылась. Мягко ступая по ступенькам, в подвал спустился Баки, неся две большие чашки с кофе. Точнее — одну чашку с нормальным кофе, для Брока. И бумажный стаканчик со сладким ванильно-кофейным напитком, от которого сходил с ума Кэп.
Стив немного оживился, принюхался, но снова отвлёкся на разговор.
— Мария, добрый день. Вечер? Хорошо. Да, я понял ситуацию. По какой категории проходит данный вызов? Ещё не определили, но уже решили, что лечу именно я… А статистика по моим предыдущим миссиям, с аналитикой по их реальному уровню опасности, как я просил? Жаль. Когда будет готова, буду рад получить информацию. А прямо сейчас… да? Очень рад слышать, что справитесь сами. И уведомляю, что ближайшие дни я буду недоступен.
Баки передал чашку Броку, коротко поцеловал его в губы. Тот погладил рисунок в виде котят на майке Барнса. Розовая майка Зимнего и вязаные белые носки с помпончиками вообще очень неожиданно смотрелись в пыточном подвале.
— Всего доброго, — договорив, Роджерс просто уронил голову на подушку.
Брок забрал телефон, выключил связь и сунул обратно в карман.
Баки вопросительно вскинул бровь.
— Наша детка учится выстраивать личные границы и говорить «нет», — интимным шёпотом поделился Брок.
— А… ну, это прямо круто, — Баки присел на край матраса, перехватил железной рукой широченные плечи Стива и переложил его так, чтобы пристроить светловолосую голову к себе на бедро. — Твоя сладкая бурда, Стиви. Давай, пей. Аккуратно.
— Может, ему ещё воды? — предложил Брок.
— Немного сладкого не повредит. Быстрые углеводы рулят.
Роджерс, не открывая глаз, послушно сделал несколько глотков и отвернул голову. Баки погладил его по щеке. Подсунул бутылку с водой, в которую заботливо воткнул соломинку.
— Давай, глоточек за Брока, глоточек за Баки…
— Рамлоу… — позвал Стив, находя глазами Брока.
— М?
— Как ты думаешь, может Гидра меня взять в плен дня на три, не давая связи с внешним миром вообще?
— Ну, учитывая обстоятельства — однозначно. Тебе достаточно будет выспаться или?..
— Выспаться я мог бы и наверху… — Стив покраснел, отводя взгляд.
— Значит, с допросами и пытками. Кляп?
— Давай, — подумав, кивнул Роджерс. — Тот, который с кольцом.
— О! — Баки посмотрел с искренним сочувствием. — Ты себя совсем загнал, Стиви. Ещё воды будешь?
— Спасибо, но нет. А то я тут слюной всё залью.
— Ты и так зальёшь. Это не повод загибаться от жажды, — проворчал заботливый Барнс, но бутылку убрал.
Что же. У всех свои фетиши. Роджерс любил грубо и грязно, но так и не мог до конца себе в этом признаться. То ли ещё боролся с пуританским воспитанием, то ли боялся всколыхнуть не самые приятные воспоминания Барнса из бытности того Зимним солдатом. Хотя как раз таки с Баки в этом плане вообще не было проблем: про свои пожелания в сексе тот спокойно говорил словами через рот.
— Хочешь по полной программе? — Брок уже отставил свою чашку и копался в ящике, выкладывая на столешницу кожаные ремешки и прочие приблуды из категории товаров для взрослых. Придирчиво оглядел дозаторы со смазкой.
— Было бы неплохо, — глухо поделился в подушку Стив. — Используй всё оружие Гидры, Капитан не сдаётся.
— Сейчас ещё разморозим Зимнего. Баки, ты... а, хотя нет, оставайся так, детка. Обойдёмся без костюмированной вечеринки.
— Мы так и не придумали новых кодов, — фыркнул Барнс, допивая кофе Стива, и тут же сморщил нос. — Мне обидно.
— Солдат, слушай сюда: Олух. Пузырь. Остаток. Уловка…
Стив издал невнятный звук, заглушённый подушкой, его плечи затряслись. Баки подавился кофе, откашлялся, с укоризной посмотрел на Брока. Брок пошло ухмыльнулся и определился, наконец, с выбором: кляп с кольцом для фиксации челюсти, наручники и плеть.
— Давай, детка. Стоп-слово вербально нам пока не понадобится, но знаки не забыл ещё?
Роджерс приподнял кисть, сложил пальцы в привычный армейский жест «опасность, замерли».
— Хорошо. Ты знаешь, что можешь сказать «нет» в любой момент, и мы остановимся. Открывай рот, будь послушной сладкой булочкой.
Брок огладил подушечкой большого пальца доверчиво подставленные мягкие губы, кромку зубов, коснулся языка. И, убедившись, что кольцо встало правильно, затянул ремешки на затылке. Стив прикрыл веки, вслушиваясь в собственные ощущения, попытался подвигать челюстью, медленно выдохнул и, глянув Броку в глаза, кивнул. Сам свёл за спиной руки, позволяя зафиксировать предплечья: на дешёвые любительские наручники они не разменивались, обездвиживали профессионально: стяжкой на локтях и запястьях.
Видно, Кэпа действительно задолбали и морально, и физически, потому что обычно Стив проявлял характер до последнего. Казалось бы, это Зимний был той ещё занозой, но нет. Во время внутренних кризисов Баки превращался в милого ласкового котика, очень требовательного к вниманию и обнимашкам. Стив же, обычно собранный и правильный во внешнем мире, под настроение мог изрядно помотать нервы.
Брок благоразумно не говорил этого вслух, но иногда проскальзывала мысль, что, получи Пирс в своё распоряжение второго суперсолдата, как мечтал, конец Гидре наступил бы куда быстрее и проще. Это тебе не послушная, хоть и огрызающаяся детка Зимний. Кэп в испорченном настроении там всё раскатал бы по камешкам за первые же полчаса.
— Давай, Баки.
Баки выразительно посмотрел на выложенную на стол плеть и недовольно нахмурился. Брок показал пустые ладони. Потом мотнул головой и кивнул на Роджерса. Барнс наступил на матрас коленом, вздёрнул лежащее тело вверх, задницей к Рамлоу, и зажал шею Стива под своей металлической рукой, подведя под горло предплечье.
Брок положил обе ладони на идеальные круглые ягодицы, сжал пальцы, наслаждаясь рельефом тугих мышц под гладкой кожей. Будь его воля, он бы провёл следующий час, просто тиская их. Но Кэп в таком состоянии был весь как оголённый нерв и нежные касания воспринимал тяжело.
Баки посмотрел сочувственно: Брок не скрывал своего фетиша на шикарную задницу Роджерса. И только лишь отшлёпать, держа себя в руках, особенно учитывая, сколько Стива не было дома, было испытанием. Тем более, что они, в ожидании своей лучшей трети, в этот раз сами даже как-то и не потрахались толком. Так что теперь приходилось терпеть всем.
— Десять ударов. Баки, ты считаешь.
Ладонь опустилась на ягодицу с громким шлепком, Стив дёрнулся и издал какой-то сдавленный звук. Брок, не останавливаясь, приложил и по второй — для симметрии. Ладонью получалось скорее громко, чем сильно, да и пальцы можно было изрядно отбить. Но сегодня это было то, чего так желал Стив. Ради его душевного равновесия и Брок, и Баки были готовы на многое.
Роджерс, зажатый Баки под мышкой, мычал и явно пытался не стискивать челюсть. Брок знал, что сейчас по боку и металлическому предплечью течёт слюна и от этого Кэпу стыдно и жарко. Тот вообще умел и любил загоняться по таким мелочам. Весь взмокший и напряжённый, только кисти скованных рук расслаблены.
Брок отсчитал про себя до десяти, потому что Баки произносил почти бесшумно, а отвлекаться на чтение по губам он не хотел. Шлёпнул шикарную полыхающую алым ягодицу в последний раз, задержав ладонь и едва удержавшись, чтобы не впечатать её в соблазнительно подпрыгивающую на каждый удар звезду.
Взялся за навершие плага. Качнул на пробу, решительно потянул на себя знаменитый щит. Мышцы у Капитана Америки были везде железные, жопой, пожалуй, мог лом перекусить. И если бы не хотел выпускать игрушку — хер бы её кто вытащил.
Со щитом Кэп всегда расставался неохотно, что с настоящим, что с игрушечным, но сейчас уступил. Тонкая розовая кожа ануса растянулась, неохотно выпуская толстый плаг, и Брок понял, что сейчас кончит только от одного этого зрелища. Вытащил девайс, наскоро проверил пальцами, насколько подготовлена задница Кэпа, ощупал растянутый вход изнутри, убедился, что смазки там достаточно. Торопливо расстегнул топорщащиеся в паху штаны.
И одним слитным движением въехал в горячее, тугое и влажное. Облизал губы, усилием воли заставляя себя хоть на мгновение застыть. Глянул вперёд.
Баки, тоже расстёгнутый, удерживал Стива, подсунув ему под грудь металлическую руку. Второй рукой он оттягивал его голову назад, собрав волосы в кулак. И с удовольствием тыкал головкой в открытый рот. Кольцо кляпа было увеличенным, по диаметру чуть больше охвата его члена, они специально так подбирали.
Стив гортанно застонал. Баки откинул голову назад, жмурясь и кусая губы: вибрация от стона явно ударила по нервам и теперь он пытался не кончить раньше времени.
Посмотрев друг другу в глаза, Баки и Брок толкнулись в податливое тело одновременно, заполняя его с обоих концов.
Все были на грани, так что закончилось всё быстро, практически в несколько движений. Большое тело между ними обмякло. Брок вытащил член, полюбовавшись, как из расслабленного ануса стекает капля спермы. Наверняка спереди вид был не менее крышесносный.
Баки аккуратно прижал пальцы живой руки под челюсть Стиву. Кивнул Броку.
— Давай перевернём его на спину, — тихо, одними губами предложил Рамлоу.
Баки вновь кивнул, осторожно развернул Стива, заботливо подложил подушку так, чтобы тот не сильно отлежал себе связанные руки. Глаза у Роджерса были бессмысленно расфокусированы, дыхание замедленным, почти незаметным. Зато его явно отпустило напряжение, лицо расслабилось, и между бровей уже не залегала жёсткая складочка. Значит, они всё сделали правильно.
Баки расстегнул ремешок и вытащил кольцо, помассировал немного сведённую челюсть. Вдвоём они вытерли Стива, пока не засохло и не начало стягивать кожу.
— Ждём… — хрипло проговорил Брок, потянулся вперёд, и они с Баки долго, вкусно поцеловались.
У всех троих были свои кошмары прошлого. И, вопреки советам не тянуть проблемы в постель, для их странного союза именно там они проще всего и решались. Единственное правило исключало из всего этого общую спальню. На огромной укреплённой кровати они спали, обнимались и занимались любовью, но никогда не играли. Всё остальное — в любом другом месте дома.
Самым забавным для Брока было то, что подвал почему-то считался его личной фантазией, хотя ему-то он вообще никак не упал. Нет, прикольно было повалять там Стива пару раз, однажды даже сразу после миссии, не дав ни помыться, ни снять пропылённый костюм, трахнув в рот и накончав ему на звезду на сиськах, но и только.
Роджерс же нашёл в решётках и цепях своё личное место силы и часто, едва живой и вымотанный, приползал именно туда, по щелчку магнитных наручников, сковывающих тело, сбрасывая бремя ответственности и выпуская своих внутренних демонов.
Он доверял им, двум своим «лучшим третям», больше, чем самому себе. Абсолютно и без исключений. Честно говоря, все эти загоны со стоп-словами и жестами были нужны вовсе не суперам, а самому Рамлоу. Суперсолдаты могли вытерпеть куда больше среднестатистического человека; чтобы им навредить, надо было очень целенаправленно постараться. А ещё Баки и Стив отлично чувствовали друг друга на каком-то другом уровне и в случае чего остановили бы все раньше слова или знака. Но ради спокойствия Брока никогда не оспаривали его желание перестраховаться.
Стив начал приходить в себя. Сначала дыхание стало глубже и чаще, потом он сглотнул, повёл плечами, дёрнул руками. Медленно, будто преодолевая себя, открыл глаза, нашёл их взглядом, перебегая с одного лица на другое, и как-то судорожно выдохнул, слабо улыбнувшись.
Брок наклонился, положил ладонь на шею Стива, чуть сжал, давая почувствовать, а потом провёл вниз, до самого паха.
— Отпусти себя, детка. Здесь и сейчас от тебя ничего не зависит.
— Давай, Стиви. Мы тебя держим, — проворковал Баки, легко подсунувший обе ладони под спину Роджерсу, поднимая и удерживая его верхнюю половину в воздухе. Броку такая грузоподъёмность не грозила, так что он просто растолкал колени Кэпа в стороны и устроил его задницу повыше на своих бёдрах.
Стив не успел закрыться после предыдущего раза — был всё таким же растянутым, мягким и влажным. Но Брок всё равно добавил ещё лубриканта и легко вошёл по сперме и смазке. На хлюпающие звуки Роджерс обычно заливался краской, но сейчас даже не заметил, отвлечённый другим. Баки жёстко вгонял свой член в горло Стива, нежно поглаживая его кончиками пальцев по щеке. Броку не было видно, как тот скользит у Роджерса во рту — голова была сильно откинута назад, но и то, как растягивается гортань вокруг крупного ствола Барнса, как всё происходило — медленно и невероятно эротично, било по мозгам. Всё же суперсолдаты могли выдержать куда больше обычных людей.
В этот раз продержались дольше. Брок успел кончить и буквально выдоить Роджерса, посасывая ему то член, то мошонку, и тараня его нутро пальцами. Хотелось натянуть эту шикарную задницу на всю кисть, до самой незагорелой полоски, оставшейся от снятых часов. И чтобы Баки подготовил и растянул, а потом положил свои ладони — живую и металлическую, на ягодицы Кэпа и раздвинул их, демонстрируя уже смазанный покрасневший вход. И тем слаще было осознавать, что Стив это им точно позволит, пусть и не сейчас, позже. Похоже, у него появился новый фетиш.
Баки придержал обмякшее тело.
Брок погладил разгорячённую кожу, освободил руки, растёр запястья. Натянул на них широкую тканевую резинку — просто для ощущения скованных рук. Совсем отпускать Роджерса еще было рано, тот явно не был готов принимать обратно ответственность за собственную жизнь.
Баки принёс плед, и они плотно завернули Стива в мягкую ткань, как в кокон. Улеглись на матрас по бокам от получившегося свёртка, обняли сверху. Брок поймал руку Баки и переплёл их пальцы.
— Два раза подряд уйти в отключку — это почти рекорд. Мне беспокоиться?
— Нет. Детка просто вымотался.
— Но мы же не будем торчать здесь три дня? — тихо спросил Баки.
— Не будем, конечно. Это в Стиве говорила усталость. Полежим ещё немного, потом отнесёшь его наверх, в пустую спальню. Трахнем пару раз в постели, в наручниках и ошейнике. Если всё зашло дальше, чем мы думаем, и он не успокоится к тому времени — оттащим в «лабораторию», и ты примеришь белый халатик. Промоем детку изнутри, помассируешь ему простату своей смертоносной хваталкой, вставим катетер, возьмём образцы телесных жидкостей… всё пошло и смущающе, как он любит. Может, ещё немного отшлёпаем. Устроим на ночь с игрушкой в заднице. Увидишь — уже завтра к вечеру с нами опять будет спокойная и довольная жизнью сладкая булочка.
— Ужас, — сочувственно вздохнул Баки. — Они его там, на работе, совсем затрахали.
— Стиву пора научиться говорить «нет», пока даже снимать котёнка с дерева не стало его прямой обязанностью.
— А я, кстати, распаковывал багаж с нашего отпуска в Японии, нашёл те шёлковые кимоно, что нам надарили. Тебе пойдет голубое, с лотосами и карпами кои, — вдруг вспомнил Баки.
— Это они когда успели — до того, как Мстители с нашей посильной помощью разнесли пол-Токио, или после?
— Во время, — пожал плечами Баки. — У них же был чёткий распорядок торжественной встречи. А японцы — ребята конкретные, если уж намечено, то будут делать все по плану. И никакое нашествие пришельцев не оправдание прервать приветствие. Ну, вы там пока после битвы разбирались с завалами врагов, я спустился со снайперской точки и быстренько принял подарки. Не пропадать же теперь добру.
— Саке было?
— Нет.
— Злопамятные, значит, — зевнул Брок. — Саке зажали. А могли бы разориться и на пару самурайских мечей.
— Зато был набор для чайной церемонии. Увёл его у Наташи прямо из-под носа. Хочу церемонию во дворе, на закате, в шёлковых кимоно на голое тело.
— Для тебя, детка — всё, что пожелаешь. Могу сам вместо столика полежать. Хочешь?
— Очень хочу, но не с горячими же напитками.
— Значит, просто, но с пафосом попьём заваренной травы. Трахаться будем?
— Нет, конечно. Это же священная чайная церемония, Брок!
— Ну детка…
— Мы будем пить чай, любоваться цветущими пальмами, — припечатал Баки, подумал и добавил: — И совать нефритовые жезлы в ещё более нефритовые пещеры.
Коллаж от salt_and_pepper
