Work Text:
Кого можно назвать самым смертоносным героем Арды? Точная статистика, конечно, невозможно: мы знаем, что то эльфы и люди уничтожают огромные и бесчисленные полчища орков, то напротив, орки - их в том же неизвестном огромном количестве.
Поэтому придется сосредоточиться на тех, чьи жертвы мы знаем по именам (и желательно - еще каким-то чертам личности). И тогда, пожалуй, выбор очевиден. Позвольте представить, Турин Турамбар, сын Хурина, - он же Нейтан. он же Агарваэн, сын Умарта, он же... в общем, количество его известных имен до 15, кажется, все же не дотягивает, - хотя, возможно, это мы плохо копали. А вот количество его жертв...
Помимо их числа, наш герой выделяется, их разнообразием - от него страдали эльфы, люди, гномы и даже темная разумная тварь. (Это не считая тех самых бессчетных и безымянных орков.) Разве что с энтами - к счастью для последних! - ему не удалось как-то разрушительно пересечься.
Кроме того, впечатляет и разнообразие мотивов. Кого-то Турин совершенно точно намеревался убить, других... ну, в общем, такого эффекта может, и не предполагал, но в ситуацию как-то вписал в итоге. Но кого-то он даже в кошмарном сне не собирался убивать или как-то иначе приносить вред (и кошмарные сны себе наверняка - пока был жил - таким образом обеспечил в количестве.
Кроме того, поскольку герой в силу своей сложной биографии перемещался по землям Белерианда, так что наследить успел на самых разных территориях, уцелели в основном скрытые и удаленные места: Гондолин (но тут "помог" впоследствии его батюшка), гавани Кирдана, земли сыновей Феанора... Даже жаль, что в последние он не забрел - было бы интересно узнать, что окажется сильнее - проклятие Моргота на семействе Хурина или пророчество-проклятие Намо с добавление клятвы Феанора? Хотя, возможно, от аннигиляции этих сущностей Белерианд затонул бы раньше... Но и без того список получился довольно впечатляющий.
И последнее предуведомление. Как ни странно, свои поражающие способности Турин, проживший на свете 35 лет, не проявлял первые почти 20 лет своей жизни, так что наш список из 15 персон сложился - да-да, примерно за 15 лет его жизни, хотя и не по принципу "по убийству в год". Наоборот, в списке жертв порой можно заметить некоторую "реакцию группирования".
Итак, Турину идет 20-й год, он уже сам пережил в своей жизни немало бед: у него умерла любимая младшая сестра, отец и почти все мужчины племени ушли на битву, которую проиграли и не вернулись оттуда, а в их земли пришло племя восточных людей - и так юный Турин очутился в эльфийском королевстве Дориат. Там он слыл мальчиком способным, но мрачным. Впрочем, когда от изучения дориатской флоры и фауны он перешел к боям на границам, это мрачное настроение нашлось куда канализировать. Там же, видимо, Турина научили тому, что если рядом происходит что-то подозрительное, надо сначала бить, а потом разбираться с последствиями. А вот умению стильно выглядеть, видимо, не учили, - тем более, если ты выглядишь как лохматый куст, выслеживать орков в подлеске куда проще... Вот так-то все и началось.
1. Саэрос. Эльф Дориата, королевский советник, друг (уже пропавшего) Даэрона. Людей, как можно понять по бэкграунду, не любит. Так что появление на пиру мрачного куста с границы у Саэроса активировало все запасы его остроумия, а у Турина, увы, сработала та самая реакция - и случился мордобой.
Впрочем, невинной жертвой Саэрос никак не был, потому что к собственной гибели пробивался довольно активно - он тоже припомнил боевые навыки - пожалуй, зря, - на следующий день попытался напасть на убывающего обратно Турина. Туриновы умения оказались более свежими и действенными. Возможно, где-то на этой констатации стоило бы остановиться, но теперь увлекся уже Турин. Результат - труп сорвавшегося в овраг Саэроса - и Турин, который решил убыть из Дориата, не дожидаясь суда короля, на котором впоследствии выяснили, что все-таки активнее нарывался именно Саэрос.
Но Турин уже убыл в дикие леса и нашел там разбойников, что обеспечило несколько последующих жертв.
2. Безымянный разбойник. Имя неизвестно, происхождение туманно.
От этого человека мы не знаем даже имени, но хотя бы пару деталей - о нем и ситуации.
Итак, в лесах обитало то, что там обитает в любые смутные времена - кто попало, добывающий себе пропитание как попало. То есть грабежом, а если понадобится, то и убийством. Турина окружила шайка лиц в пятьдесят, и главать ее сообщил чужаку: ты зашел на нашу территорию, мы тебя убьем - или откупайся от нас.
Но Турин снова активировал уже знакомые навыки, и, даже не хватаясь за оружие, подобрал пару камней (хоббиты одобряют!). В это время один из разбойников как раз не утерпел и выпустил в него стрелу - и получил камнем в голову, от чего и погиб, - а Турин предложил себя на его место. Эта идея не понравилась паре человек, но не слишком активно, чтобы продолжать боевку. Один из возражающих, Улрад, назван "другом" покойного (а может, они еще и соплеменники, например? А имя у Улрада похоже на вастакское) - и назвал погибшего "одним из лучших бойцов" шайки. Можно вообще развить теорию, что у него проснулось предвидение на тему "ничего хорошего из этого не выйдет. Но скорее всего, просто нетерпение.
Главарь же решил, что один явно хороший боец при потере другого хорошего - норм замена. Чем в итоге и обеспечил то, что следующим в списке стал он сам.
3. Форвег, глава шайки гаурвайт ("людей-волков").
Эта жертва, пожалуй, еще менее невинна, чем Саэрос. ОДнако отметил у покойного организационные способности. по крайней мере, шайка человек в 50 не перегрызлась, не разбежалась, не перемерла зимами и не была перебита разными внешними силами - что орками, что очень злыми на гаурвайт местными жителями (они же - кормовая база разбойников).
С остальным - безусловно хуже. Например, поймать и изнасиловать женщину с тех же хуторов, что они грабили, - умел и практиковал. Через что и закончил свою жизнь. Впрочем, от руки Турина он пал в силу все того же усвоенного им принципа "сначала бей". Увидев, что кто-то преследует бегущую через лес девушку, он сначала убил, а потом разобрался. Собственно, тем же способом - объявил разбойникам, что главным у них теперь будет он сам. Из чего последовала радикальная смена их деятельности - Турин предложил теперь бить орков и угрожать Морготу. Для чего пришлось отходить подальше от жилых мест и искать укрытия - что и обеспечило пункт следующий.
4. Кхим, сын Мима, из Малых Гномов.
На этой жертве начинает действовать другая закономерность - когда Турин вовсе не убивает жертву своей рукой, - но смерти ее совершенно точно способствует.
Представитель специфического народа гномов, известных сложной судьбой и еще более сложным характером. Впрочем, до того страдали они либо от гномов (которые изгоняли их из своих городов), либо от эльфов (которые по темноте считали их за каких-то злых тварей и охотились, а потом поселились в их пещерах). Но теперь к, видимо, последнему жилищу почти исчезнувшего народа Турин привел свой отряд - видимо, чтобы и от Людей они напоследок тоже пострадали! В это время гномий коллектив составлял всего 3 лица - Мима и его двух сыновей, живших в идеальной естественной крепости, доработанной Малыми гномами в былые, явно лучшие времена. И Мим с одним из сыновей отправился за провизией.... и, возможно, припрятанными сокровищами. Вот эти подозрительные раскопки в сумерках и привлекли внимание бывших гаурвайт, теперь активно перелинивающих в "партизанскую республику".
Стрелял в подозрительное опять-таки не Турин, а некто Андрог (он, кстати, был когда-то вторым возражавшим насчет приема Турина в шайку). В итоге Кхим был ранен, но убежал, а Мим - цел, но захвачен. И поскольку поймавшим его людям ничего не хотел объяснять, только просил отпустить его. Но Турин без "куда" и "почему" сделать это отказывался. Так и вышло. что когда гном в итоге пообещал им надежное укрытие - и привел туда! - раненый Кхим, тоже добравшийся на гору, уже умер. Почему-то ни сам он, ни брат, помочь его ране не могли - только отец, которого рядом не было. Что-то у него при себе такое было - то ли знания, то ли нужная травка.
Турин при этом проявил все свои навыки по заглаживанию вины (и вроде бы впечатлил Мима чисто гномьим подходом к делу - он обещал заплатить виру). Но, надо полагать, сама ситуация тоже повлияла на то, что в минуту жизни трудную (когда орки захватили его второго сына) Мим все-таки выдал местоположение отряда оркам...
5. Белег Могучий Лук. Дориатский пограничник, затем - второй в паре руководителей "партизанской республики" Земли Лука и Шлема.
Пожалуй, одна из самых печальных историй в этом списке. Мало того, "жертвой Турина" Белега можно назвать задолго до его смерти. Эльф, живущий на свете, должно быть, не первое тысячелетие, настолько впечатлился своим смертным учеником, что после исчезновения его из Дориата отправился на поиски Турина - а найдя. в итоге остался с ним (потому что идти в Дориат Турин отказывался). У него было много возможностей погибнуть - гаурвайт привязали его к дереву на двое суток и задумывали порешить; при штурме орками горы Амон Руд (того самого убежища) он был серьезно ранен... Но могучий эльфийский организм и желание спасти Турина делали чудеса. Так что с Амон Руд белег ушел своими ногами догонять уведенного в плен Турина. Догнал, освободил. И снова туринов рефлекс "сначала бей" - надо полагать, Белегом и преподанный... Теперь его жертвой сделался он сам: полубессознательный Турин понял, что сейчас с ним будут что-то делать и подумал на орков... Но это был Белег. То есть, когда Турин очнулся, уже труп Белега. Тут бы, возможно, был еще и труп Турина и конец списка, если бы не одна из следующих жертв...
(Кстати, больше Турин, кажется, прием внезапного удара не использовал. Но от новых жертв это его не спасло.)
6. Гвиндор, сын Гуилина. Эльф Нарготронда. Еще до встречи с Турином - очень невезучий эльф. К моменту их встречи у него уже были нарготондские события времен Лэйтиан, проигранная битва, которая началась с того, что у него (и всего войска) на глазах разрубили на куски его родного брата, а закончилась - тем, что его взяли в плен в том самом Ангбанде, до которого он с отрядом добежал. Повезло ему разве что бежать оттуда со временем, но в состоянии изрядно побитом жизнью и даже покалеченном. И казалось, наверное, что повезло - встретить в крайне неприятной местности Белега и помочь ему спасти Турина. А вот дальше везти перестало. То есть, с одной стороны, до родного Нарготронда ему удалось добраться и даже попасть внутрь (редкое для тех времен дело!). И даже вместе с Турином. Но вот беда - Гвиндор, когда-то выступавший за активные действия (в противовес большинству в городе), теперь под влиянием событий изменил свое мнение на противоположное... а все те, кто когда-то не слушал Гвиндора, теперь с энтузиазмом слушал Турина, - теперь за активные действия был он.
Гвиндор страдал и от последствий плена, и от идеологического несовпадения, и от личной драмы ( о ней мы скажем в следующем пункте) - и успел дожить до того момента, когда Туринова политика снова, как в случае с с разбойниками, разозлила Моргота и принесла гибель городу. Он даже Турину это успел перед смертью высказать - и дать совет, что тот еще может исправить. Но в чертогах Намо Гвиндор, надо полагать, имел шанс очень скоро узнать, что Турин именно этого не сделал...
7. Финдуилас, дочь Ородрета, короля Нарготронда. Была помолвлена с Гвиндором...
...но потом случилось все то Гвиндорово невезение, а потом пришел Турин.
И вот тут Финдуилас оказалась в предельно нетипичной для эльфа ситуации, когда ее против ее же собственной воли тянет не к Гвиндору (которого по ее собственной просьбе и впустили в город), а к загадочному воинственному смертному, скрывающему свое имя.
Турин теперь осваивает новый модус - пытается сделать всем лучше. С поправкой на его характер и семейное проклятие получается - всем хуже. В данном случае он искренне сочувствует Гвиндору и (в зависимости от текста, как часто бывает в нашем фендоме) то ли не в курсе чувств Финдуилас, искренне принимая их за обычное душевное тепло и заботу, то ли благородно на них не отвечает, чтобы не задеть Гвиндора. Лучше не становится никому.
Ну и наконец - все тот же финал города. Отец гибнет, войско разбито, город пал, - и Финдуилас гонят в плен мимо Турина, а он, увы, не реагирует на окружающую реальность. Потому что Моргот сюда отрядил не просто войско орков город разорить, но и целого дракона - первого! разумного! - чтобы портить жизнь Турину и его семейству, а то еще как-то недостаточно. Дракон обнаружил Турина и с энтузиазмом этим занялся.
Так что Финдуилас брела дальше - и в итоге, поскольку не один Турин такой невезучий, погибла, когда их пытались освободить люди Бретиля - орки решили перебить пленниц, чтоб они не достались никому. Напоследок, пригвожденная копьем к дереву, она успела успела назвать себя и Турина - так что его это невезение неизбежно нагнало позже.
8. Ородрет, король Нарготронда, отец пункта предыдущего, так что история это во многом одна и та же. Тоже везением похвастаться не может - еще до появления Турина потерял свою крепость и многих близких, пытался сохранить вверенный ему братом город... Но в итоге решил, что нашел родственную душу в Турине (есть версия, что у Ородрета буквально за несколько лет до этого орки убили сына). Вместо этого - потерял город, еще близких и погиб сам.
А вот Турин отправился дальше, к новым жертвам... Дракон отправил его в родной Хитлум - якобы спасать от тяжелой жизни тамошних родичей, мать и сестру. Они-то впервые за многие годы были уже не там, а в безопасном месте, но в Хитлуме была вастакская оккупация и все не слава Эру, так что Турин просто так развернуться и уйти не мог.
9. Бродда, вастак.
По-видимому, один из многих вождей вастаков, которые помогли Морготу разбить войска людей и эльфов. Он им обещал обширные земли, а выдал северный довольно прохладный Хитлум с тамошним населением, которое было им явно не радо. К тому же в битве у них много кого из вождей, похоже, повыбило, так что иерархию пришлось наводить заново. Разбирать себе в рабы местное население и придумывать, как тут выделиться среди конкурентов. Бродда вот силой взял в жены родственницу былых вождей (т.е. семейства Турина) - Аэрин. И похоже, способ оказался - для его целей - не худшим.
Особых душевных достоинств мы за Броддой, боюсь, не найдем, но факт наличия его и его хозяйства давал Аэрин возможность помогать своей родне - матери и сестре Турина (захватить их вастаки побоялись, а жить им теперь было особо нечем) и разным другим нищим и бродягам - своим соплеменникам.
При этом то, что Турин в итоге отомстил именно его, убив его во время пира, все же несколько относится к категории "ударил, куда дотянулся". Бродда в самом деле в итоге захватил дом Морвен - но когда Морвен с дочерью уже ушли оттуда, а спасались они от другого вастака - Лоргана...
И после смерти Бродды, увы, и вастаки в Дор Ломине не перевелись, ни тем, кого они угнетали, явно лучше не стало, а еще явно назревали поиски виноватого (Турин-то быстро ушел, но прием "ударил. куда дотянулся" ведом не только ему...
10. Аэрин из племени Хадора. Дочь Индора, родственница Турина, насильно взята в жены Броддой.
...и Аэрин, похоже, прекрасно понимала, куда идет ситуация. Это тот случай, когда Турин ее пальцем не тронул, но, увы, приложил все усилия к тому, чтобы для нее здесь больше жизни не было - даже такой кривой и непростой, как перед этим. Аэрин поджигает дом покойного Бродды и сгорает в нем сам (похоже, немало удивив этим поступком Турина, считавшего ее нерешительной. Но Турин вообще многие вещи о людях (и эльфах!) понимает далеко не сразу...)
Турин же, осознав разрушительность своих действий, очередной раз решил обезопасить всех от себя, просто поселиться у лесных людей и просто бить орков. Так начались последние 5 лет его жизни, которые в итоге обогатили наш список еще на треть - когда уже известный нам дракон понял, кто именно бьет в этом лесу орков и двинулся туда... А Турин двинулся на дракона с двумя добровольцами. С одного из них и начнем.
11. Хунтор, из племени Халет, родственник рода халадов (правителей Бретиля).
Еще одна история, эталонная в своей печальности не только тем, что "Турин даже не собирался", но и тем, что Хунтор, в общем-то в любой другой ситуации вряд ли составил ему компанию. Идея "малым числом людей убить дракона, с которым не справились ни эльфы, ни гномы" в самом деле не выглядела слишком выигрышно, так что у Турина поначалу не было спутников кроме его любимого товарища по рейдам на орков, Дорласа. Оба они по этому поводу стыдили всех окружающих бретильцев и лично халада Брандира. К которому вообще-то ноль претензий, поскольку он был хромым с детства, мирным по складу характера, а по способностям - целителем (кстати, хорошим, например, выходил Турина после новостей про Финдуилас). Вот тут приличный юноша Хунтор и не выдержал и пошел защищать честь родича.
И пострадал от технически сложного плана Турина, возможно, рассчитанного скорее на собственную ловкость того, практически эльфийскую. Нужно было подлезть под опасного (и очень вонючего!) дракона по практически отвесным склонам речного каньона. Туринов друган Дорлас, кстати, в итоге струсил и сбежал. А вот Хунтор остался, но сорвался с уступа и разбился.
Пожалуй, можно сказать, что он дважды стал жертвой привычки Турина всех судить по себе.
(Дорласа мы, кстати, в жертвы Турина внезапно не запишем. Дезертирство - мало почетная штука, но дело не в этом: напоследок этот уникальный человек ухитрился так разозлить мирного Брандира, что стал его первой и единственной жертвой! А также - собственной привычки давать неадекватную оценку людям, включая себя.)
12. Дракон Глаурунг Золотой. Разумный ящер из Ангбанда, точнее, вероятно - майа, поселенный в тело ящера. Разумен, злобен, умен, владеет навыками гипноза. В юности был обстрелян эльфийскими лучниками, в битве позже - ранен королем гномов, что, возможно, и подало Турину идею, как именно с ним разобраться. В промежутке много что разорил и “осквернил” (подробности неизвестны). Турину же, несмотря на все жертвы вокруг, удалось его убить. Являлся моделью для Драконьего шлема. который носил Турин и его предки.
Не факт, что читатель проникнется к этому существу сочувствием, но согласитель - создание уникальное. И мало какой герой Средиземья может включить кого-то подобного в свой "послужной список"!
13. Ниенор, дочь Хурина, сестра Турина. Она же - Ниниэль, жена Турина. Так получилось.
Еще один претендент на самую безумную и слезную историю этого списка. Казалось бы, родиться после того, как твоего брата услали для безопасности в другие земли - это верная гарантия, что твоя жизнь будет небезопасной, но никак с ним не связанной? Если у вас есть семейное проклятие, а ваш брат - Турин, оказывается - нет. Впрочем, немалую роль сыграл тут еще и характеры ее матери и самой Ниенор. Не усидев в безопасных эльфийских землях, Морвен отправилась на поиски сына, а Ниенор - тайком присоединившись к высланному охранять ее отряду, - за матерью. Так они обе наткнулись на Глаурунга, и в итоге в не очень адекватном состоянии разбрелись в разные стороны, исчезнув из вида сопровождавших эльфов.
Но Морвен (можно было бы сказать, к ее счастью, хотя в такой ситуации - скорее, к меньшему несчастью) прибрела к каким-то опознаваемым людям уже после смерти сына, а вот Ниенор, во-первых, получила амнезию, во-вторых - добралась до Бретиля.
Так что в такой ситуации, приходя в себя, она никак не могла сообразить, что человек по имени Турамбар, который ее спас, дал ей имя Ниниэль и в итоге просил ее руки - это плохая кандидатура в мужья. Смущали ее только его воинственные наклонности. А Турин и вовсе никогда до этого времени не видел ЭТУ свою сестру, так что ко времени появления дракона они были уже год с лишним женаты и ждали ребенка.
Как уже говорилось, приближение дракона произвело в Бретиле немалый бардак и смятение. Так и вышло, что одинокая беременная женщина отправилась искать своего мужа, а нашла еще и недоубитого им дракона, который явно сохранял остатки вредности и разума до самого конца, - так что не преминул сообщить ей, кто она на самом деле такая и кто ее муж (впрочем, со смертью дракона его чары - т.е. ее амнезия - так и так закончились). И поскольку для Ниенор "в своем уме" инцест, состоявшийся при явном потворстве со стороны морготовой рептилии, в планы не входил, она бросилась все в ту же каменистую и обрывистую реку.
Турин, кстати, в это время был все еще без сознания, но его предпоследняя жертва позаботилась о том, чтобы еще два пункта в наш список добавились.
14. Брандир Хромой, сын Хандира. Халад Бретиля.
Еще один из героев этой истории, который приложил все свои усилия к тому, чтобы сюда пришел Турин и все стало, как всегда с Турином.
Лечил Турина, потом лечил спасенную им девушку. За это время так привязался к ней, что тоже просил ее руки - но увы, воинственный и эльфоподобный Турин выглядел привлекательнее.
Заметим, что халадины, несмотря на наследственную власть вождей, все-таки каждый раз выбирали, так что, несмотря на хромоту, чем-то он привлек сердца соплеменников - альтернативные кандидаты из довольно близкой родни там были. Возможно, после большого поражения (где погиб его отец) идея "давайте жить очень скрытно - авось, уцелеем" показалась привлекательной? Возможности пообщаться с разбитыми как раз в этом году наргорнодцами на тему “ничего не выйдет, а потом придет Турин” у них определенно не было.
Кстати, каким-то начаткам военного дело определенно был обучен - судя по тому, что напав на Дорласа, убил его с одного удара.
Поскольку свой род продолжить. как мы видели, ему не удалось, после него халадинам в самом деле пришлось выбирать в халады кого-то из более дальней родни Халет. Из этого скоро произошел немалый бардак... Правда, к нему руку приложил уже отец Турина. Хурин, заглянувший сюда через год после гибели сына.
15. Турин Турамбар, сын Хурина. Собственной персоной, собственной рукой. То есть оружием - после всего произошедшего ранее (в частности, того, что напоследок рассказал ему о Ниниэли-Ниэнор Брандир - за что и был убит Турином), сам Турин принял решение, может, и не слишком взвешенное и обоснованное, но скоро принятое и столь же скоро приведенное в исполнение - бросился на собственный меч. Меч, кстати, был непростой, а потому напоследок поговорил с Турином - о тех жертвах, которых Турину случилось зарубить именно им, причем несправедливо. Их, кстати - без самого Турина - набралось всего две: Белег и Брандир. (С вероятностью, им же был убит Бродда и, возможно, Форвег, но это морального конфликта у меча, видимо, не вызывало.)
По итогам так Турин и остался в этой истории со всем шлейфом как несомненно героических деяний - так и опрометчивых решений и трагических случайностей.
Впрочем, ко времени событий "Властелина колец", судя по упоминаниям в нем, его помнили именно как великого воина и победителя чудовищ, - пусть его печальную историю, возможно, рассказывали не так часто, как Лэйтиан...
А наш список завершен, и призываем читателей поделиться в комментариях мнениями - кого жальче всего, а кого совсем не жалко? Кто все-таки - самая несчастная из 15 жертв Турина?