Work Text:
Хранитель Неметона: Путь волка
***
Ночь в Бейкон-Хиллс всегда пахла иначе, чем в других городах. Здесь воздух был густым, пропитанным сыростью мха, запахом прелой листвы и едва уловимой ноткой озона - предвестником грозы или чего-то более древнего.
Ветер, пронизывающий кроны деревьев заповедника, казался Стайлзу Стилински голосом самой природы - холодным, отстранённым и полным древней силы. Он стоял на коленях перед пнём Неметона, чувствуя, как сырость земли пропитывает джинсы, но это уже не имело значения. Всё, что было важно, - тишина внутри него, пустота, которую не могли заполнить ни дружба, ни семья.
Стая игнорировала его последние недели. Его идеи, его предупреждения - всё тонуло в снисходительных взглядах Скотта и молчаливом неодобрении остальных. А отец... отец просто устал. Устал от сверхъестественного, от вечной опасности, от сына, который приносил в их дом лишь хаос. После всех смертей, дараха, альфа-стай, Ногицуне и списков смертников.
Стайлз знает, что и Скотт и Айзек винят его в гибели Элиссон, даже если они не говорят об этом прямо. Дерек поглощен отношениями с Брейден, и не поймите неправильно, Стайлз искренне за него рад, если кто и заслуживает, наконец, нормальную девушку, а не психопатичную убийцу, то это Дерек Хейл. Но Стайлзу бы очень хотелось, чтобы те, кого он считает своими друзьями, не забывали о нем, как только заканчивалось очередное дело.
Сегодняшняя ссора стала последней каплей. Он просто пытался объяснить отцу, что происходит на этот раз в городе. Но отец не поверил. В целом это стало обычным явлением в их жизни, и Стайлз понимал, что сам виноват в нарушении доверительных отношений, слишком много лжи за последние месяцы было между ними. Но все равно надеялся. Ноа Стилински кричал, что Стайлз подвергает опасности не только себя, но и весь город, что он не может быть везде и спасать всех. Стайлз молчал. Что он мог сказать? Что он чувствует себя бесполезным? Что его сила - это лишь слова и бесконечные поиски в интернете, пока другие рискуют жизнями? Нет. Слова были пусты.
Шерифу было мало слов сына, ему понадобился звонок Макколу, чтобы Скотт подтвердил выводы Стайлза. Парень молча стоял воле двери кабинета, понимая, что больше так не может. Не может биться с монстрами наравне со стаей, сложно противостоять с одной битой в руках когтям и клыкам сверхсильных и крепких существ. Не может быть таким же чистым как Скотт, ведь в отличии от их истинного альфы, его руки по локоть в крови невинных. Он не может больше быть тем сыном, которого заслуживает шериф. Он складывает распечатки на стол отца, кладя сверху свой телефон. – «Прости, что не он твой сын, а я. Мне бы хотелось все исправить, но это не в моих силах»
Ноа в шоке смотрит, как его сын покидает участок. Его слова набатом стучат в голове. Когда шериф приходит в себя, Стайлза уже нет. Ноа понимает, на телефоне его сына открыто приложение с заметками, где набрано лишь одно слово: «Прости». Он пытается дозвониться до Скотта, не замечая, что делает это с телефона сына, но тот не берет трубку. И тогда он звонит Дереку, а следом и Крису.
И вот Стайлз стоит перед срубленным деревом, повторяя про себя необходимые действия. Он нашёл этот ритуал в одном из самых старых гримуаров, спрятанном в архиве у Дитона. Древняя магия земли. Цена - жизнь того, кто проводит обряд. И Стайлз готов заплатить. Город устал от бесконечного призыва тьмы на свою территорию. Волки, охотники, друиды - все они боролись с последствиями, но не с причиной. Причина была в самом Неметоне. Дерево было ослаблено гибелью стаи, которая его охраняла веками, его корни отравлены постоянным вмешательством сверхъестественного и последствиями ритуала, проведенного Дитоном, когда они боролись с Дарахом. Оно звало опасность, словно маяк в ночи.
Круг солью и пеплом можжевельника, смешанным с пеплом рябины плотным кольцом окружает священный пень, который станет его алтарем. Лунный свет пробивался сквозь облака, рисуя причудливые тени на коре старого пня. Стайлз садится по центру срубленного десятки лет назад дерева и достает кинжал - простое лезвие из обсидиана, купленное им в магазине оккультных товаров в Сан-Франциско и отполированное до зеркального блеска. Руки его тверды как никогда.
- Прости, папа, - шепот растворяется в тишине леса.
Он начал читать заклинание, перемежая латынь и более древний язык, которым была написана часть книги, слова лились из памяти легко, словно он знал их всегда. Воздух вокруг сгустился, стал тяжёлым и вязким. Ветер стих. Лес замер в ожидании.
- Стайлз! Какого черта ты творишь?! - голос Криса Арджента был полон ярости. Он вылетел на поляну в полной экипировке с любимым пистолетом наперевес. Следом за ним, с секундным запозданием появился из темноты бесшумной тенью Дерек Хейл, его глаза пылали ярко-синим цветом. Следом за ним выбежал шериф Стилински, лицо которого исказилось от ужаса при виде сына с кинжалом в руках. Замыкал группу Джордан Пэрриш, чьи ладони уже начинали тлеть.
Они окружили круг, пытаясь подойти ближе, но невидимая стена магии отбросила их назад.
- Не подходите! - крикнул Стайлз, его голос был хриплым. - Вы не понимаете! Это единственный способ!
- Остановись! Ты убиваешь себя! - голос отца сорвался на крик.
- Я спасаю всех вас! - закричал в ответ Стайлз. Слезы смешивались с холодным потом на его лице. - Вы все меня списали! Я устал быть слабым звеном! Я устал быть «просто человеком»!
Дерек сделал шаг вперед, его лицо застыло непроницаемой маской.
- О чем ты говоришь? Ты не слабое звено, Стайлз. Ты сердце этой стаи.
- Сердце ничего не значит без мышц и когтей! - выплюнул Стайлз. – Толку от «сердца» если оно ничего не может сделать правильно? Если бы я не был таким самонадеянным и тупым, столько всего можно было бы избежать или сделать по-другому! Мы бы раньше нашли Питера и не дали ему совершить все эти убийства. Он бы не укусил Лидию. Если бы только я действовал по-другому, заместители шерифа были бы живы, а не убиты, Мэттом, не было бы проблем у папы. Эрика была бы жива. Скотт бы не изнасиловал тебя, если бы я был более внимателен. Я так виноват перед всеми! - голос Стайлза срывается, а Дерек в ужасе смотрит на молодого человека. Он даже не догадывался, сколько вины взял на себя этот парень. Вины, которая ни в коей мере не его! Стайлз же сплюнув полный рот крови, продолжает:
- Если бы я только соображал чуть быстрее, мы бы раньше вычислили дараха и остановили бы жертвоприношения. Хизер была бы жива. Все были бы живы, она бы не тронула тебя. Папу. Мелису и Криса. Если бы только я не был столь слаб, Ногицуне бы не смог меня захватить и Эйден, Эллисон были бы живы, как и десятки других людей. Так много могло бы не произойти, если бы только я не был таким бесполезным! Я все только порчу. Всегда. Всем.
Дерек пытается пробить барьер, не замечая, что к нему присоединились Крис, Джордан и Ноа. Молодой человек на пне тоже, словно не видит их, продолжая свою обличительную речь: - Я испортил жизнь Скотту, потащив его в этот проклятый лес, я помог ему обвинить тебя в убийстве твоей собственной сестры, Дерек! А потом и кучи людей, хотя знал что это не ты, пусть и думал, что ты мертв. Я всегда все только портил. Тебе, Скоту, Лидии, папе. Маме. Я убил маму, а теперь медленно убиваю отца. Я не могу больше все портить, поэтому сделаю хоть что-то полезное. Неметон умирает. Он был ослаблен влиянием Ногицуне, лишен поддержки стаи, а потом вскрыт нашей жертвой, Если он умрёт окончательно, барьер падёт. Поэтому жертвой же я его и напитаю. Своей. Это будет правильно! Он больше не будет маяком для сверхъестественного и охотников. Вы просто сможете жить спокойно!
Стайлз обводит вокруг мутным взглядом, не видя никого кроме Дерека, на котором сейчас сосредоточен, и словно забыв, что они тут не одни.
- Я не имею права тебя просить об этом, не после всего. Но передай, пожалуйста, папе, что я люблю его. И передай Джордану, что он бы мог легко стать мне старшим братом, пусть присмотрит за отцом, когда меня не станет!
Четверо мужчин с ужасом наблюдают, как Стайлз удобно перехватывает черный, слегка изогнутый кинжал, и наносит себе еще несколько ранений, словно рисуя какой-то малопонятный им узор. При этом он ни на секунду не перестает читать заклинание на языке, который никто из присутствующих не узнает. Все четверо видели немало смерти, каждый пройдя свой путь, но видеть подростка, готового шагнуть в бездну ради других, невыносимо больно.
- Уже слишком поздно останавливать! - голос Стайлза сорвался на шепот. - Я отдаю свою жизнь добровольно!
Наконец, с последним словом, парень поднимает руку и пронзает кинжалом свое сердце. Полный боли и ужаса рык Дерека смешивается с криком Криса, Джордана и Ноа, разносясь на многие метры вокруг. Где-то в городе, на вечеринке устроенной спонтанно в доме Мартин, Лидия истошно кричит имя Стайлза, захлебываясь слезами.
Боль была мгновенной и ослепляющей. Она пронзила всё тело раскалённой волной, а затем сменилась всепоглощающим холодом. Он упал вперед, прямо на корни Неметона. Кровь хлынула из ран, заливая кору старого дерева алым потоком. Мир вокруг померк. Звуки вокруг превратились в далекий тихий гул. Парень не знал, что в это же время Алан Дитон стоял в центре своего кабинета в ветеринарной клиники. На полу был начертан сложный символ, пульсирующий тёмно-зелёным светом. Он не пытался спасти Стайлза. Он пытался украсть силу, которую так долго жаждал.
Дитон знал о ритуале молодого человека. Знал с того самого момента, как поставил на полку книгу с описанием, прекрасно осознавая, что любопытный и жадный до новых знаний парень ее прочтет и тогда ритуал проведения жертвенного дарения магии и силы станет только вопросом времени. Он знал о «слепом пятне» в магии Неметона - моменте перехода, когда энергия жертвы становится чистой и беззащитной перед тем, как впитаться в землю. Если перехватить этот поток, можно стать самым могущественным друидом за последнюю тысячу лет. Оставалось только разыграть все карты так, как надо ему. И сделать это было невероятно легко.
Он начал читать заклинание, как только почувствовал, что энергия вырвалась, направляя ее в пентаграмму под своими ногами.
- Veni ad me, potentia... - шептал он, поглощенный потоками чистой магии, не замечая ничего вокруг, не видя, что он в помещении уже не один.
Питер Хейл наблюдал за ним из тени стеллажей с медикаментами уже несколько минут. Он пришёл не за лекарством от головной боли. Он пришёл по запаху магии и предательства, ищущий ответы на вопросы, которые зрели в нем с самого воскрешения, когда пелена безумия и ярости, смытая чистым огнем, осталась за чертой. Питер видел достаточно смертей и манипуляций, чтобы теперь распознать эгоистичный план друида. Все, наконец, становилось на свои места, словно кусочки пазла, открывая полную картину.
Когда энергия начала концентрироваться в центре клиники, Питер вышел на свет.
- Алан? Ты же понимаешь, что это убьёт Неметон окончательно. А вместе с ним и ту маленькую Искру, которую ты и твой ручной песик убедили, что он обычный никчемный человечек.
Дитон даже не повернул головы:
- Он всё равно умрёт, Питер. А эта сила должна служить тем, кто понимает её цену и знает, что с ней делать.
Питер усмехнулся своей хищной улыбкой:
- Кому-то вроде тебя? Эмиссару, что предал свою стаю, потому что не смог справиться с тем, что его любимая женщина так и не выбрала его, не смотря на то, что он так много вкладывал в заклятия на ней? Или друиду, что забыл о своих клятвах и погубил священный Неметон, что должен был оберегать? О нет, доктор. Я не позволю тебе стать ещё большим монстром, чем ты уже есть.
Он бросился вперёд не как человек, а как зверь. Он не пытался разорвать Дитона на части, как бы ему не хотелось вырвать горло этому человеку - это было бы слишком глупо в данной ситуации. Вместо этого он врезался плечом в стеллаж рядом с пентаграммой, опрокидывая его прямо на светящийся символ и разрушая хрупкую магическую структуру.
Раздался звук бьющегося стекла и шипение гаснущего пламени магического круга. Десятки склянок с разными магическими травами разбились, смешиваясь и покрывая узоры, меняя их смысл. Ритуал Дитона был грубо прерван. Энергия, которую друид пытался украсть и поглотить, вырвалась из-под контроля и ударной волной отбросила обоих мужчин к стенам, проходя сквозь них. Но главное - этот всплеск силы ушёл не в клинику Дитона. Он устремился по незримым каналам лей-линий обратно к источнику - к Неметону и умирающему телу Стайлза Стилински.
В лесу тело парня выгнулось дугой на земле у корней дерева. Его сердце остановилось, но кровь продолжала течь из раны странным, замедленным потоком.
Неметон принял жертву. Но ритуал Дитона и вмешательство в него Питера Хейла, создало аномалию. Энергия добровольной смерти смешалась с украденной силой, магией смешанных трав и хаосом прерванного заклинания.
Дерево «задумалось». Оно получило плату - жизнью, но эта жизнь была связана с другой силой, которая пыталась нарушить естественный ход вещей. Чтобы восстановить баланс, Неметон не мог просто забрать душу парня в обмен на покой леса.
Он решил изменить саму суть платы.
Сила хлынула обратно в тело Стайлза стремительным потоком. Она омыла его изнутри, сращивая ткани не так, как было раньше. Она переплавила его человеческую сущность и магию с первобытной магией земли, запуская сердце.
Парень открыл глаза.
Воздух пах озоном и мокрой землей так остро, что это почти причиняло боль его носу. Он видел в темноте так же ясно, как днем. Мир стал состоять из запахов и звуков: стук сердца шерифа отдавался в его ушах барабанным боем, запах страха Криса смешивался с запахом пороха, кожи и аконита, Джордан пах огнем, порохом и немного серой и горем, но при этом запах был каким-то своим, родным. Запах Дерека, запах Дерека был домом.
Стайлз попытался встать и понял, что его тело изменилось. Мышцы стали плотнее, кости прочнее. Он чувствовал невероятную легкость и мощь одновременно.
- Стайлз? - голос отца звучал надломлено.
Парень повернул голову. Четыре фигуры стояли над ним, боясь подойти ближе. Он посмотрел вниз на свою грудь. Раны не было. Лишь разорванная футболка в пятнах засохшей крови.
Он не понимал что происходит. Он должен был умереть. В любом случае, даже если бы не вышло с ритуалом, с кинжалом в сердце люди не выживают. Но он был жив и без единого следа нанесенных себе ран. И тут он почувствовал зуд между лопатками и странное тепло внизу позвоночника.
- Что происходит? - прошептал Джордан Пэрриш.
Стайлз поднял руку к лицу. Кожа казалась бледнее обычного.
Трансформация началась внезапно сама собой. Она не была мучительным перерождением, как у оборотней от укуса.
Кости затрещали, перестраиваясь по-новому. Его крик перешёл в рык - низкий и утробный звук. Мышцы вздулись буграми под кожей, разрывая остатки одежды. Лицо вытянулось, формируя волчью морду с острыми клыками. Трансформация завершилась за секунды.
Огромный серебристый волк поднялся перед ними. Он был крупнее обычного оборотня в полной форме, и гораздо крупнее обычного волка, его шерсть цвета расплавленного серебра или лунного света на воде и словно светилась изнутри мягким призрачным сиянием. Глаза остались прежними - светло карими, почти янтарными с крапинками зелёного цвета, глаза Стайлза Стилински.
Шериф Стилински сделал шаг вперёд:
- Сынок?
Волк повернул к нему голову и тихо заскулил. В этом звуке было столько человеческой тоски и любви, что шериф замер на месте с мокрыми от слёз глазами.
Затем волк перевёл взгляд своих умных глаз на Дерека Хейла и склонил голову в лёгком поклоне.
Дерек медленно кивнул в ответ:
- Я вижу тебя... Альфа?
Волк фыркнул - звук был похож на человеческий смешок - и отрицательно мотнул головой.
Крис Арджент опустил пистолет, который вскинул на автомате:
- Хранитель?
Волк снова фыркнул и стукнул огромной лапой по пню, по коре пробежала волна серебристого света: «Я есть этот лес». «Я есть страж». «Я есть волк».
Джордан Пэрриш восхищенно выдохнул.
Серебристый волк повернулся к ним всем по очереди: к отцу (обещание защиты, доверие и любовь), к Крису (предупреждение и расположение), к Джордану (благодарность, тепло), к Дереку (стая, дом). Затем он запрокинул морду к небу и завыл. Вой пронесся по всему заповеднику и над Бейкон Хиллс.
Когда вой стих, волк сделал шаг назад и начал обратное превращение прямо у них на глазах. Шерсть втянулась обратно под кожу человека, восстанавливая привычные пропорции тела. Через минуту перед ними стоял совершенно голый, но живой Стайлз Стилински, дрожащий от холода, но с ясным взглядом живых человеческих глаз, полных изумления и восторга. На нем не осталось ни следа ритуала, только на груди, там, куда он вонзил кинжал, теперь вилась зелеными линиями татуировка, рисуя ветвистое дерево с волком у корней, спускающихся по груди и боку до самой талии.
****
Следующие недели изменили всё. Не резко и кардинально, но определенно в лучшую сторону.
Стайлз остался человеком во всех смыслах этого слова: он ел пиццу, готов был убить за картошку фри спиральками, литрами пил кофе, мог плакать над глупыми фильмами и спорил с отцом о мытье посуды и здоровом питании. Но теперь внутри него жил зверь, Древний страж Неметона, который просыпался, когда городу грозила опасность. Ну, или когда сам Стайлз терял контроль над эмоциями. Сам Стилински младший ждал глобального разговора и головомойки от мужчин, которые стали свидетелями его неудавшегося ритуального самоубийства в тот же день, но ошибся временем. Беседа состоялась лишь неделю спустя, когда все, не сговариваясь, собрались у шерифа дома.
– Меня будут ругать.
Джордан остановился напротив дивана: - Стайлз. Послушай меня внимательно. Мы видели всё через барьеры магии. Мы слышали твои слова о том, что ты «просто Стайлз» и о твоей предполагаемой вине.
Парень побледнел ещё сильнее: - Я... я не хотел вас расстраивать.
Ноа вскочил с места: - Не хотел расстраивать?! Ты хотел умереть! Ты думал оставить меня одного?! После всего через что мы прошли?! - Голос шерифа сорвался на крик впервые с той ссоры. Стайлз сжался в комок: - Папа.
Дерек встал и подошёл ближе: - Ты думаешь, ты «просто» кто-то? Ты центр нашей вселенной уже долгое время! Без тебя Скотт не пережил бы и первого полнолуния! Ты спасал наши жизни больше, чем я могу сосчитать. Без тебя мы бы все давно погибли или сошли с ума!
Крис положил руку на плечо Дереку: - Он прав. Мы все зависим от тебя, больше чем ты думаешь.
Стайлз поднял взгляд полный боли и вины: - Вы сами знаете, что происходит с этим городом. Со всеми нами. Я мог все это остановить, спасти всех одной жизнью.
Джордан присел перед ним на корточки так, чтобы их глаза были на одном уровне: - А кто спасёт нас от боли твоей потери? Кто будет доводить Дерека до белого каления своим трёпом? Кто будет спорить со мной о правилах дорожного движения, и подбивать на нарушения должностных обязанностей? Кто будет кормить Малию китайской едой по ночам? Поддерживать комплекс величия Лидии? Сдерживать глупые порывы Скотта?
Слёзы, наконец, прорвались наружу. Стайлз закрыл лицо руками и разрыдался так горько, как никогда раньше при них. Ноа тут же сел рядом и обнял сына так крепко, как только мог, не боясь сломать ему рёбра. Дерек неловко погладил парня по спине своей большой ладонью: - Эй, тише, всё закончилось.
Крис отвернулся к окну, чтобы скрыть собственные слёзы облегчения, а Джордан просто стоял рядом молчаливой поддержкой, которую умел оказывать лучше всего.
Следующие дни были странными. После громких убийств, для всех Бейкон-Хиллс вернулся к подобию нормальной жизни, но атмосфера изменилась навсегда, особенно для четверых мужчин которые стали свидетелями подвига и безумия подростка, который считал себя никем.
Отношения с отцом начали налаживаться почти сразу. Шериф Ноа Стилински больше не кричал, слишком ярко перед глазами стояла смерть Стайлза на пне Неметона. Он просто молча обнимал сына, когда тот возвращался домой после уроков или ночных патрулей в лесу. Или после того, как случайно разбил журнальный столик, превратившись в волка от испуга, увидев жука («Это был Мадагаскарский шипящий, папа! Он размером с мою ладонь!»). Долгий проникновенный разговор после ритуала высосал из них все силы, но положил начало более прочной связи, чем когда бы, то ни было ранее. Они учились доверять друг другу заново. Отец больше не видел в сверхъестественном только угрозу. Он видел силу своего сына, которую тот учился контролировать и ту решимость, с которой он это делал. И сам учился мыслить иначе, не только сухими рамками закона.
Крис Арджент стал кем-то вроде строгого наставника и старшего друга для младшего Стилински. Охотник учил Стайлза контролировать зверя, используя его силу но, не полагаясь только на нее. «Ты не оружие» говорил Крис, «Ты щит». Их отношения были непростыми, но основанными на взаимном уважении. В первые дни Стайлзу казалось, что Арджент использует его как грушу для битья, так часто ему доставалось. Но он быстро понял, что так проявляется страх мужчины и волнение за самого Стайлза. Он ни слова не сказал о той ночи в заповеднике. Просто начал тренировать парня, обучая его всему тому, что знал сам. Зачастую его партнером в учебе становился Айзек, который неожиданно для всех и самого себя, в первую очередь, наорал на Стайлза, когда узнал, что тот собирался сделать. Долгая тирада закончилась слезами обеих сторон и объятиями, к которым присоединился Крис, обнимая сцепившихся парней. После одной особенно жестокой тренировки Крис протянул ему полотенце: - Неплохо для человека с СДВГ и привычкой болтать без умолку во время драки.
Стайлз вытер пот со лба: - Эй! Это была тактика отвлечения!
Крис усмехнулся уголком губ: - Да-да. Тактика «раздражай противника до смерти». Эффективно работает только против меня, потому что я слишком стар для этого дерьма и слишком тебя люблю, чтобы пристрелить за это прямо сейчас.
Стайлз фыркнул: - Любишь? Ты только что заставил меня стоять на одной ноге на бревне над пропастью три часа!
- И ты справился. А теперь иди, ешь свой протеиновый батончик и перестань ныть как девчонка.
Дерек был не из тех, кто ведет долгие задушевные разговоры. Но им со Стайлзом это оказалось и не нужно. В ту ночь у Неметона было сказано слишком много. Дерек Хейл принял новую роль Стайлза без вопросов. Если раньше он видел в нем лишь надоедливого человека, безумно верного и упорного, но хрупкого, то теперь он видел равного партнера по защите города. Они каждый вечер тренировались вместе в лесу, учась синхронизировать свои действия. Однажды во время спарринга Дерек попытался провести захват сзади, но промахнулся из-за того, что Стайлз внезапно чихнул от запаха хвои и непроизвольно дернулся в сторону волчьей трансформации.
Дерек пролетел мимо и впечатался лицом прямо в куст шиповника. Стайлз согнулся пополам от смеха:
- Прости! Прости! Это была аллергия! У меня аллергия на твою драматичность!
Дерек вынырнул из куста, выглядя как разъярённый дикобраз:
- Я тебя сейчас укушу! И это будет не метафора!
Стайлз принял боевую стойку: - Давай! Посмотрим, кто быстрее бегает: альфа или хранитель леса!
Они гонялись, друг за другом по лесу минут двадцать под аккомпанемент ворчания Дерека о том, что «деревья смеются над ним». Лежа после интенсивной пробежки, голова к голове, Дерек заговорил первым, его голос звучал непривычно мягко:
- Мы знаем, что ты чувствуешь ответственность за всех нас. И это нормально. Но ты должен знать одну вещь - Он посмотрел прямо в глаза парню, янтарный свет отражался в расширенных зрачках Стайлза – Ты не одинок. Мы семья. Мы стая. И это когда один за всех, а все за одного. Не только ты за нас, но и мы за тебя. До самого конца. Мы больше никогда не позволим тебе стоять одному перед лицом смерти. Даже если нам придётся привязать тебя к стулу, мы найдём другой способ спасти город. Хотя учитывая твою способность находить неприятности, может проще будет просто держать тебя под круглосуточным наблюдением?
Дерек усмехнулся непривычно широко, но тут же натянул на лицо привычное выражение. - Не иди по моему пути. Ты видел, куда меня завела вина. Твоей ответственности во всем, что происходило, нет. Так просто сложилось. Надо это принять и жить дальше.
Но самыми неожиданными стали новые отношения с Джорданом Пэрришем. Джордан, который всегда держался особняком, внезапно взял над Стайлзом почти братское шефство. - Мелкий засранец, - говорил он, хотя был всего на несколько лет старше, - Не смей заставлять меня поседеть раньше времени! Мне всего двадцать четыре и седые волосы мне не к лицу. Придется научить тебя не быть идиотом, если я не хочу схлопотать инфаркт в двадцать пять.
Джордан помогал ему разбираться с самыми разными вопросами, начиная с того, как добраться до дома, если проснулся в лесу, голым и заканчивая уроками самообороны без использования когтей. Он стал тем можно позвонить посреди ночи с любым вопросом. Джордан стал старшим братом, которого у Стайлза никогда не было.
Стайлзу нравилась новая рутина, которую они выстраивали. Нравились завтраки с отцом, под тихую игру старого рока на радио. Нравились тренировки с Крисом и подготовка к выпускным экзаменам с Айзеком. Ему нравились тренировки и шутки с Джорданом. Но больше всего ему нравились ночные пробежки и тренировки в заповеднике с Дереком. Иногда в библиотеке он пересекался с Кирой, Малией, Лиамом и Мейсоном, помогал им с учебой.
Лидия появилась лично только один раз, едва не задушив его в объятиях. Он был поставлен перед фактом, что если сделает еще хоть что-то подобное, то банши сама его убьет, а потом воскресит и убьет еще раз. Она же рассказала всем, что произошло в ту ночь в клинике Дитона. О том, что тот ступил на путь дараха, многие годы, паразитируя на скованной силе Неметона, но возжелав большего, подтолкнул Стайлза к этому ритуалу. Как он нашептывал Скотту, как манипулировал им, желая получить ручного альфу в свое владение. Банши открылось многое в ночь ритуала. Она без прикрас рассказала о том, что именно Питер нарушил ход ритуала, фактически спася тем самым жизнь Стайлза. И добил Алана, вырвав его сердце.
Питер Хейл вернулся в город через месяц после событий у Неметона. Он больше не был тем безумцем, единственной целью которого было завладеть альфа-искрой, Часть энергии, которая бушевала в ту ночь над Бейкон Хиллс повлияла и на него, выравнивая то, что было испорчено влиянием Дитона, действиями Талии, пожаром и комой. Он не стал вдруг идеальным человеком, но больше не был непредсказуемым психопатом-убийцей. Его сила осталась при нём вместе с едким сарказмом и любовью к манипуляциям, которые теперь были направлены исключительно во благо стаи.
Он с удовольствием взял на себя роль «Злобного дядюшки» для всей немногочисленной стаи. Он постоянно подшучивал над Стайлзом:
- Ты пахнешь как мокрая собака после дождя, хотя нет, мокрая собака пахнет лучше. После того ритуала у тебя случилась какая-то химическая реакция с шампунем?
Стайлз закатывал глаза:
- Заткнись, Питер. Ты просто завидуешь моей шикарной серебристой шерсти.
Питер фыркал:
- Серебристая? Скорее седая от стресса быть тобой!.
Их любимым времяпровождением стали саркастичные пикировки за выяснением подробностей о какой-нибудь книге или артефакте из экспроприированного архива Дитона, в котором обнаружилось немало фолиантов из библиотеки Хейлов, а так же библиотек нескольких уничтоженных стай, видимо почивший ветеринар был не чужд мародерству.
Два фаната исследований были в восторге прибрать все это добро в свои загребущие ручки, организовав укрепленную и защищенную всеми доступными способами, общую библиотеку в подвалах заново отстроенного дома Хейл. И Питер и Стайлз позаботились о том, чтобы наложить на здание и округу всю доступную им магическую защиту.
Однажды они сидели в библиотеке: - «Malleus Maleficarum»? Ты серьёзно читаешь эту средневековую чушь? Там же написано лечить эпилепсию святой водой! Это антинаучно! - фыркнул Питер через плечо Стайлза, заглядывая в книгу через его плечо так близко, что их волосы соприкасались, что бесило Стайлза до невозможности.
- О да? А твои методы освобождения от злобных пикси, где предлагалось спеть им колыбельную, а потом вынести за пределы территории спящую кучу этих монстриков? Очень научно! - парировал Стайлз, захлопывая книгу прямо перед носом Питера.
Питер театрально схватился за сердце:
- Ты ранил меня! В самое сердце! И к слову о методах, ты теперь всегда будешь раздеваться догола перед превращением? Это крайне неудобно зимой на парковке супермаркета.
Стайлз швырнул в него карандашом:
- Отвали! И вообще-то я научился контролировать частичную трансформацию конечностей для боя!
Питер поймал карандаш двумя пальцами:
- Правда? Покажи-ка мне этот фокус...
Это стало их нормой: постоянное словесное фехтование с элементами черного юмора и взаимного уважения к уму друг друга.
Жизнь вернулась в привычное русло. Почти привычное.
Самым большим изменением стал отъезд Скотта. О том, что его «лучший друг» покинул город, Стайлзу рассказали Лиам и Мейсон. Парни пришли к нему домой на следующий день после вечера откровений, который устроили ему отец, Дерек, Крис и Джордан. Данбар был взволнован и еле сдерживал трансформацию. Парни рассказали о том, что происходило на вечеринке, как закричала Лидия, а потом Скотт словно взбесился, трансформировался и убежал, а через пару часов Лиам почувствовал, что у него словно что-то вырвали. На следующий день, когда они встретили Маккола в школе, то поняли, что тот больше не альфа. Стайлз мог только обнять мальчика, пытаясь дать ему ту поддержку, в которой он сейчас нуждался. Он не знал, что произошло с его другом и почему тот лишился альфа-искры, и не очень хотел думать об этом в данный момент времени. Возможно, даже никогда. И уж тем более не собирался искать причину того, что ровно через две недели после отъезда бывшего лучшего друга Стайлза Дерек Хейл проснулся утром с красными глазами альфы.
Следующей новостью стало сообщение Джексона о том, что он возвращается. Это был не вопрос. Уиттмор в лучших своих традициях просто поставил всех перед фактом, к тому же добавив требование встретить его в аэропорту. Время и события давно изменили отношение Стайлза к человеку, который когда-то давно был его другом, а потом долгие годы изводил его после. Они даже какое-то время переписывались, после того, как Ногицуне был уничтожен. Кому, как ни Джексону было понять, что испытал захваченный темным духом парень. Сейчас Стилински младший испытывал предвкушение от встречи и желание узнать, как изменился его заклятый соперник.
Встречать поехали всей компанией, хотя в этом и не было необходимости. Лидия, Стайлз, Дерек и Айзек стояли в зоне ожидания, высматривая светлую макушку их чешуйчатого волка. Наконец автоматические двери разъехались, выпуская поток пассажиров с чемоданами и сумками. Первым, как ни странно заметил его Стайлз.
Джексон выглядел потрясающе: дорогой костюм идеально сидел на его подтянутой фигуре, волосы были уложены волосок к волоску, но вот глаза. Глаза были другими - более мягкими и живыми без привычной маски высокомерия богатого засранца. Джексон был не один. Одновременно с ним сквозь двери прошли Денни и Итан.
- Денни! - Стайлз радостно взвизгнул, подлетая к парню и запрыгивая на него. Бывший вратарь стал еще выше и крепче, и с легкостью поймал Стилински, с удовольствием обнимая его. Кто бы мог подумать, но он действительно скучал по балаболистому товарищу по команде. Они никогда не были особенно близки, но Стайлз ему действительно нравился. И какое-то время даже в романтическом плане, что, правда, давно осталось позади.
- Мигель – Денни подмигнул нахмуренному мужчине, заставляя того закатить глаза. Рядом с ними Лидия обнимала Джексона и Итана. Стайлз довольно фыркнул в ухо Махилани, наконец, слезая с него, чтобы демонстративно повиснуть теперь уже на Джексоне, повергая того в тихий шок своими действиями. С Уиттмора его снял Дерек.
Глаза Джексона расширились от удивления почти до размера блюдец для салата. Он открыл рот, закрыл его снова и, наконец, выдал единственное слово: «Вау».
Денни подошел к нему сзади и хлопнул по плечу:
- Я же говорил тебе про волка? Видишь? Я не преувеличивал!
Джексон медленно обошел Стайлза по кругу, рассматривая его так внимательно, словно тот был экспонатом в музее современного искусства (или редким видом насекомого). Стайлз закатил глаза:
- Да-да-да, смотри-смотри пока шерсть не выпадет от твоего пристального взгляда. Привет-привет всем! Я тоже рад вас видеть!
Джексон остановился прямо перед ним:
- Ты пахнешь как мокрый лес после дождя, объективно лучше, чем раньше пах дешевым одеколоном из супермаркета «Всё по доллару».
Стайлз усмехнулся своей фирменной кривой ухмылкой:
- А ты всё такой же придурок, Уиттмор, но как это ни странно, я все равно тебя люблю. Добро пожаловать домой!
Джексон протянул ему руку для рукопожатия, но вместо этого внезапно притянул его к себе и крепко обнял одной рукой за плечи. Это было неловко, но очень искренне.
****
Несколько дней спустя Дерек стоял посреди гостиной, скрестив руки на груди, и смотрел на Стайлза с выражением вселенской усталости. Стайлз сидел на полу, обхватив руками голову, а вокруг него валялись обломки того, что еще час назад было новым кожаным диваном.
- Я просто чихнул! - в сотый раз повторил Стайлз, не поднимая глаз. - Это был обычный, человеческий чих! Я не думал о волке! Я не думал о когтях!
- Ты чихнул так, что пробил обшивку когтями, которые выросли за полсекунды, - монотонно перечислил Дерек. - А потом ты от испуга перекинулся наполовину, и твой хвост... - он указал на внушительную дыру в спинке дивана, - ...снес подлокотник.
- Это был рефлекс! - возмутился Стайлз, наконец, посмотрев на него. Насыщенно зеленые крапинки в его глазах все еще не до конца исчезли. - Ты же сам говорил: «Контроль - это всё». Вот я и контролировал! Я контролировал чих!
Дерек вздохнул и потер переносицу.
- Стайлз, контроль - это не подавление. Это перенаправление. Когда ты чувствуешь импульс - чих, испуг, злость - ты должен не блокировать его, а... пропускать через себя. Как воду через пальцы.
- Легко тебе говорить, - буркнул Стайлз. - У тебя это в ДНК. А я... я всё еще чувствую себя как подросток за рулем гоночной машины с ручной коробкой передач, который никогда не видел сцепления.
Дерек подошел ближе и присел на корточки перед ним. Его лицо было серьезным, но в глазах плясали искорки сдерживаемого веселья.
- Хорошо. Давай попробуем еще раз. Закрой глаза. Почувствуй свою человеческую форму. Тепло. Спокойствие. Теперь представь волка внутри. Не как зверя, а как часть себя. Как тень.
Стайлз послушно закрыл глаза. На секунду в комнате воцарилась тишина.
- Я чувствую... шерсть? - прошептал он.
- Отлично. Теперь представь, что эта шерсть втягивается обратно под кожу. Что клыки убираются.
Внезапно из носа Стайлза вырвался тихий свистящий звук.
- Ой-ой...
Дерек среагировал мгновенно. Он схватил с журнального столика пульт от телевизора и швырнул его в сторону кухни.
- Лови!
Стайлз инстинктивно дернулся вправо, пытаясь поймать предмет. Его тело изогнулось дугой, когти на мгновение царапнули паркет и исчезли.
Он поймал пульт и уставился на свои совершенно обычные человеческие руки.
- Я сделал это?
Дерек подошел и протянул ему руку, чтобы помочь подняться.
- Ты отвлекся на цель. Импульс трансформации ушел на действие. Это один из способов.
Стайлз ухватился за его руку и встал, отряхивая джинсы от пыли.
- То есть мне теперь нужно везде носить с собой мячик для жонглирования?
Дерек посмотрел на него долгим взглядом, а потом уголки его губ дрогнули в улыбке.
- Ты неисправим.
- А ты только что это понял? - ухмыльнулся Стайлз в ответ. - И кстати, про диван, я могу починить. Или купить новый. У меня есть сбережения от работы в участке, мне заплатили за оцифровку архива.
Дерек посмотрел на обломки мебели и снова на Стайлза.
- Нет уж. Это будет напоминанием о том, что нельзя чихать рядом с дорогой мебелью. Идем на кухню. Я сделаю тебе чай с ромашкой. Говорят, она успокаивает внутреннего зверя.
- Лучше кофе! Моего зверя ромашка только взбесит. – Парень довольно поскакал вслед за волком на кухню.
Питер Хейл выглядел как человек, который только что выиграл в лотерею и теперь наслаждается видом проигравших. Он лениво листал меню на планшете, когда к его столику подошёл Стайлз и без приглашения плюхнулся на стул напротив.
- Ты что-то выглядишь слишком довольным для десяти утра понедельника, - подозрительно прищурился Стайлз.
Питер поднял на него взгляд поверх чашки кофе:
- А ты выглядишь так, будто тебе срочно нужна доза моего цинизма для поддержания тонуса. Что случилось? Опять подрался с подушкой во сне и случайно перекусил её пополам?
Стайлз проигнорировал подколку:
- Мне нужна помощь с одним делом.
Питер отложил планшет и сцепил пальцы домиком:
- О? Какая честь. И что же Хранитель Леса не может решить силой своих бицепсов и волчьей харизмы?
Стайлз наклонился вперёд и понизил голос:
- В город приехала группа "исследователей паранормального". Они снимают шоу для какого-то кабельного канала про "самые мистические места Америки". Они крутятся вокруг заповедника уже третий день.
Питер изогнул бровь:
- И ты хочешь их напугать? Заставить уехать? Сбросить на них улей диких пчёл?
Стайлз покачал головой:
- Нет. Я хочу... использовать их. Они ищут сенсацию? Мы дадим им сенсацию. Но такую, которая нам выгодна.
Глаза Питера загорелись хищным интересом:
- А вот это уже звучит как план достойный моего гениального ума. Выкладывай.
Следующие полчаса они сидели над картой города и чашками кофе, шепотом обсуждая детали операции «Призрак Бейкон Хилл». План был прост: создать убедительную иллюзию сверхъестественной активности в заброшенном доме на окраине, в котором никто не жил со времен детства Питера, которое, по словам Стайлза приходилось на прошлый век, чтобы отвлечь внимание прессы от настоящего сверхъестественного мира, Неметона и стайных дел.
Когда они закончили, Питер откинулся на спинку стула с видом художника, любующегося шедевром:
- Знаешь, Стилински, ты начинаешь мыслить как настоящий Хейл. Тонкие манипуляции информацией вместо грубой силы - это высший пилотаж.
Стайлз усмехнулся:
- У меня был хороший учитель в виде злобного дядюшки.
Питер театрально прижал руку к сердцу:
- Ты растрогал меня до глубины моей чёрной души.
Стайлз очень по взрослому показал волку язык и удалился к стойке, чтобы заказать себе молочный коктейль и десерт. Ему еще надо было дождаться Дерека, которого он подловил еще вчера, почти обманом заставив пригласить себя на «свидание». О явной романтике между ними пока было очень рано говорить, ни один из них пока не был в том месте, чтобы начинать полноценные отношения. Но последние события показали, что скрывать свои чувства, не самая лучшая идея. Поэтому Стайлз собирался основательно изучить свою бисексуальную сторону, которую столь явно показали ему когда-то Денни и Кейтлин. И делать это он собирался с помощью того, к кому уже долгое время испытывал симпатию.
Дерек бы не был собой, если бы войдя в кофейню, где должен был встретиться со Стилински, излучал улыбку и доброжелательность. Он привык окружать себя аурой хмурой брутальности, словно не понимая, что привлекает этим больше внимания, чем ему бы хотелось. Стайлз с удовольствием любовался высоким, мужчиной, который всем своим видом излучал нежелание находиться в данном конкретном месте.
- Я не понимаю, почему мы не могли заниматься этим у тебя дома, или в лофте - прошипел Дерек, глядя на парочку подростков, которая громко смелась у стойки. - Здесь слишком... шумно. И пахнет ванилью.
- Потому что у тебя дома пахнет ромашкой, мокрой псиной и неудачными жизненными решениями, - парирует Стайлз, не отрывая взгляда от учебника.
- А здесь есть кофеин и Wi-Fi. Это идеальная среда для исследования. И ты должен мне свидание. Поэтому мы соединяем одно с другим.
Дерек хмыкает, но не спорит. Наступает тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц и звоном посуды.
Внезапно дверь кафе открывается, и входит Лидия Мартин под руку с Джексоном. Они подходят к стойке, не замечая парней в углу. Джексон что-то шепчет ей на ухо, и она смеётся - звонко и счастливо.
Стайлз невольно улыбается, глядя на них.
- Они все еще хорошо смотрятся вместе, - замечает он тихо.
- Да, - соглашается Дерек. - Удивительно, но Уиттмор перестал быть полным придурком. Почти.
Стайлз закрывает учебник и потягивается.
- Знаешь, я рад, что всё так сложилось. Что мы все, ну, живы. И что ты теперь не пытаешься меня убить при каждой встрече.
Дерек смотрит на него поверх чашки. Его взгляд смягчается.
- Ты был занозой в заднице с первого дня. Но ты всегда был на стороне стаи. Даже когда стая об этом забывала.
Стайлз смущённо чешет затылок:
- Да ладно тебе, я же просто.
Он не успевает договорить. Его рука соскальзывает со стола, он инстинктивно пытается ухватиться за край, и его ногти внезапно превращаются в острые когти, которые с противным скрежетом впиваются в деревянную столешницу.
Весь зал замирает. Несколько человек оборачиваются на звук.
Стайлз смотрит на свою руку в ужасе:
- Черт.
Дерек реагирует мгновенно. Он накрывает руку Стайлза своей ладонью и спокойно говорит:
- Ничего страшного. Карандаш попался бракованный.
Он достаёт из кармана куртки пару перчаток и бросает их Стайлзу под стол.
- Надень. И сделай вид, что тебе очень скучно.
Стайлз быстро натягивает перчатки, пряча когти.
- Спасибо... - шепчет он.
Дерек лишь кивает и возвращается к своему кофе с видом человека, которого вообще ничего не волнует.
Через минуту шум в кафе возобновляется. Джексон и Лидия садятся за дальний столик.
Дерек смотрит на Стайлза:
- В следующий раз тренируйся дома. На диване, который уже сломан.
Повод проверить результаты тренировок появился уже через несколько дней. Звонок телефона разбудил мужчин Стилински поздно ночью. Шериф, ответив на звонок, помрачнел уже через пару секунд разговора.
- Понял. Выезжаю.
Стайлз уже стоял в дверях своей комнаты, полностью одетый.
- Пожар на складе у доков. Джордан уже там, но там что-то странное. Огонь не поддаётся контролю.
Стайлз кивает:
- Я с тобой.
Отец качает головой:
- Нет, сынок. Это может быть опасно для гражданских.
- Папа, я не гражданский в этом смысле. Я могу помочь. Я чую запах магии лучше, чем ты - запах кофе по утрам.
Шериф смотрит на него долгим взглядом отца, который привык защищать своего ребёнка от всего мира, но знает, что этот ребёнок уже давно вырос и способен постоять за себя.
- Ладно. Но держись рядом со мной или Джорданом. И никаких геройств в стиле «я один пойду в пекло».
Зрелище было апокалиптическим. Огромное здание полыхало так, будто внутри разлили цистерну бензина. Пламя вырывалось из окон, окрашивая ночное небо в багровые тона. Жар чувствовался даже за оцеплением.
Джордан Пэрриш стоял в центре этого ада как единственный островок спокойствия среди хаоса. Он был без формы - просто парень в джинсах и футболке - но вокруг него воздух буквально плавился от жара. Он пытался взять огонь под контроль, «поглотить», втянуть его в себя, но пламя сопротивлялось, извиваясь как живое существо.
Рядом с ним стоял Крис Арджент с огнетушителем наперевес, но было видно, что это бесполезно.
Стайлз подбежал к ним:
- Что происходит? Это не обычный пожар! Пахнет очень сильно, но я не понимаю чем!
Джордан повернулся к нему. Его глаза светились оранжевым огнём:
- Это магия! Кто-то запечатал здесь сущность саламандры или что-то похожее! Мы читали о чем то подобном на днях. Этот огонь словно обладает волей!
В этот момент из пламени донёсся нечеловеческий вой боли и ярости.
Дерек Хейл появился из темноты бесшумной тенью:
- Там кто-то есть! В эпицентре!
Стайлз принюхался, закрыв глаза:
- Это, это не зверь. Это человек... или был им. Запах горелой плоти и чего-то древнего. Но не похоже на запах того, что породило огонь.
Джордан вытер пот со лба тыльной стороной ладони, оставив на коже след копоти:
- Я не могу это потушить! Оно жжёт меня изнутри!
Стайлз принял решение мгновенно:
- Тогда я отвлеку его! Вы вытаскивайте человека!
Прежде чем кто-то успел возразить, он сбросил куртку и кроссовки и побежал прямо к горящему входу склада.
Дерек схватил его за плечо железной хваткой:
- Ты спятил?!
Стайлз посмотрел на него своими сияющими глазами:
- Я Хранитель Леса! Огонь - это стихия! Я часть этого мира!
Он вырвался и прыгнул в дверной проём прямо сквозь стену огня. Внутри был ад. Жара была невыносимой для обычного человека, но тело Стайлза адаптировалось мгновенно. Он чувствовал пульсацию злой магии в центре склада - тёмное пятно на фоне чистой энергии Неметона внутри него.
Он перекинулся наполовину: его руки превратились в мощные лапы с когтями, глаза засветились ярче огня вокруг. Он издал громкий рык - не человеческий, не звериный - а первобытный звук вызова стихии.
Огонь замер на секунду. А затем вся масса пламени развернулась к нему как единый организм.
Снаружи Джордан почувствовал ослабление давления:
- Он забрал огонь на себя!
Дерек кивнул Крису:
- Заходим! По моей команде!
Они вбежали внутрь следом за Джорданом, который теперь мог идти сквозь пламя благодаря силе Стайлза. Сильно обгоревшее тело мужчины лежало у дальней стены, и они успели вытащить его наружу за секунды до того, как крыша склада начала рушиться.
Когда они выбежали, Стайлз стоял посреди двора - дымящийся, обожжённый, но живой. Его серебристая шерсть светилась сквозь прожжённую одежду.
Джордан подбежал к нему первым:
- Ты идиот! Ты мог сгореть!
Стайлз улыбнулся окровавленными губами, умудрился прикусить язык при трансформации:
- Но ведь не сгорел же! Старший братец Пэрриш волновался?
Джордан только покачал головой и крепко обнял друга, что было для него редким проявлением эмоций. В отличии от волков, которые часто неосознанно касались друг друга, цербер не нуждался в касаниях больше обычного человека.
- Ты точно доведешь меня до инфаркта к двадцати пяти.
Дом Хейлов гудел, как растревоженный улей. Это было странно, непривычно и потрясающе. Дерек, который раньше ценил тишину и одиночество больше всего на свете, теперь с удивлением обнаруживал, что ему нравится этот шум. Смех, звон бутылок, запах жареного мяса и постоянные подколы - всё это создавало атмосферу, которой в этих стенах не было, кажется, целую вечность.
На кухне Джордан Пэрриш, закатав рукава рубашки, священнодействовал над грилем. Его ладони всё ещё иногда слегка светились оранжевым после тушения пожара на прошлой неделе, но сейчас он контролировал жар идеально.
- Так, мелкий, - крикнул он Стайлзу, который пытался нарезать овощи и постоянно промахивался мимо доски. - Отойди от ножа, пока не оттяпал себе палец. Твоя задача - мариновать мясо. И не вздумай использовать свою волчью слюну как приправу, я это учую.
- Эй! - возмутился Стайлз. - Во-первых, я не «мелкий». Во-вторых, моя слюна стерильна и обладает целебными свойствами!
- А ещё она пахнет мокрой псиной, - вставил Питер Хейл, входя на кухню с бутылкой дорогого вина. - Джордан прав. Держи свои биологические жидкости при себе. Я не для того покупал этот стейк рибай сухой выдержки, чтобы ты его испортил.
- О, посмотрите, кто заговорил о «сухой выдержке», - фыркнул Стайлз. - Учитывая твой возраст, ты сам должен быть очень сухим и выдержанным.
Питер картинно схватился за сердце:
- Ты ранил меня! В самое самолюбие!
Дерек, сидевший на диване с бутылкой крафтового пива, лишь закатил глаза:
- Вы оба невыносимы. Питер, ты вообще зачем притащил вино? Мы тут не на светском рауте.
- Я притащил вино, потому что кто-то должен добавить в этот вечер нотку класса, - парировал Питер, откупоривая бутылку штопором, который появился в его руке будто из ниоткуда. - Между «пивом» и «вином» я всегда выберу то, что не делает меня похожим на студента-неудачника.
В гостиную вошли Крис Арджент и шериф Стилински. Они несли пакеты с чипсами и газировкой.
- О боже, - простонал Крис, увидев Питера с бокалом вина. - Только не начинай свою лекцию о букете и послевкусии.
- Я собирался начать лекцию о том, как правильно держать арбалет, чтобы плечо не болело после охоты, - парировал Питер.
Шериф Стилински только покачал головой и обнял сына, который как раз проходил мимо с миской салата.
- Ты в порядке? Рука не дрожит?
- Папа, я в норме. Я же не хрустальный.
- Ты мой сын. Ты всегда будешь для меня хрустальным.
Стайлз только улыбнулся и чмокнул отца в щёку. Входная дверь снова распахнулась, впуская порыв холодного ночного воздуха, Джексона Уиттмора и Денни Махилани.
- Господи, Уиттмор! - воскликнул Питер, принюхиваясь. - Ты что, выкупил весь отдел мужской парфюмерии в Harrods?
Джексон лишь высокомерно поправил воротник пальто:
- Это называется «стиль», Питер. Тебе не понять.
Денни рассмеялся и стащил чипс прямо из пакета в руках шерифа:
- Привет всем! Пахнет божественно!
Вечеринка была в самом разгаре. Они сидели везде: на диване, на полу, на кухонных столешницах. Говорили обо всём и ни о чём. Джексон подкалывал Лиама по поводу его меткости, наслаждаясь реакцией младшего волчонка. Кира рассказывала о своем путешествием с родителями в Японию, где ей помогли в очередной раз перековать катану и показали, как контролировать лису. Лидия рассказывала Денни о том, как Стайлз притащил к ней на вечеринку трансвеститов, а Мейсон нашел нового слушателя в лице Итана, который терпеливо внимал восторженному рассказу младшего парня.
И вдруг всё словно замерло. Стайлз замер с вилкой у рта. Его глаза на секунду вспыхнули огнем, а затем он резко встал, рядом с ним напряглась с куском мяса во рту Малия.
- Тишина, - прошептал он. Все посмотрели на него.
- Что такое? - спросил Дерек, мгновенно напрягшись. Стайлз повернулся к окну, глядя в темноту леса.
- Неметон. Он посылает сигнал. Что-то чужеродное пересекло границу заповедника. Что-то... очень опасное.
Веселье испарилось за секунду. Крис методично проверял обоймы своих пистолетов, протягивая запасной шерифу. Дерек уже был на ногах в дверях. Джордан потушил огонь под грилем щелчком пальцев.
- Описание? - коротко спросил шериф Стилински, надевая куртку.
Стайлз прикрыл глаза, прислушиваясь к шепоту леса:
- Крылья... жало... запах падали и огня... Оно летит сюда.
Питер нахмурился:
- Мантикора? Серьёзно? Какая банальность.
- Банальность или нет, но ей плевать, кого убивать и если она доберется до города, будет плохо! - голос Крис звучал твердо.
Через минуту они уже мчались по лесу к Неметону. Тварь была ужасна. Размером с лошадь, тело льва, крылья летучей мыши и скорпионий хвост с ядовитым жалом, сочащимся чёрной слизью. Она приземлилась на поляне у Неметона и издала рёв, от которого задрожали деревья.
Дерек бросился первым:
- Лиам! Джексон! Займитесь крыльями! Не дайте ей взлететь!
Лиам и Джексон синхронно зарычали и прыгнули на тварь с двух сторон, пытаясь повалить её на землю хвостом вперёд.
Малия и Айзек атаковали сбоку, пытаясь достать существо когтями
- Крис! Целься в глаза!
Крис выпустил несколько зарядов с транквилизатором, но они просто отскочили от толстой шкуры монстра, не оставив и царапины.
Мантикора развернулась и ударила хвостом. Джексон успел увернуться в последний момент, но кончик жала задел его плечо. Он закричал и рухнул на землю.
- Джексон! - Денни бросился к нему, оттаскивая друга подальше от опасности. Его место в атаке занял Итан.
Стайлз почувствовал ярость Неметона - чистую, древнюю ярость земли на вторжение чужака.
«Защити лес», - прошелестел голос в его голове.
Он не стал превращаться полностью. Это было бы слишком медленно. Он позволил силе течь через него частично. Его руки покрылись серебристой шерстью, когти удлинились. Он чувствовал каждую травинку под ногами, каждый камень.
Дерек был рядом:
- Стайлз! Отвлеки её! Я попробую зайти сзади!
Стайлз издал рык - громкий, вибрирующий звук на грани ультразвука. Мантикора развернулась к нему.
«Ты пахнешь кровью жертвы», - услышал он у себя в голове. «Нет», - ответил Стайлз. «Я пахну гневом леса».
Он бросился вперёд не как человек и не как волк - как живой вихрь из когтей и ярости. Он полоснул тварь по морде, уворачиваясь от зубов и когтей львиных лап.
В этот момент Джордан сделал свой ход. Он не мог подойти близко - яд мантикоры мог быть опасен даже для него. Но он мог управлять огнём на расстоянии. Он собрал всю свою силу и направил струю чистого пламени прямо под крылья твари.
Перепонки вспыхнули мгновенно. Монстр заревел от боли и ярости, забыв о Стайлзе.
Это был шанс для Дерека. Альфа прыгнул сзади и впился зубами в основание шеи мантикоры со всей своей силой.
Стайлз присоединился к нему мгновение спустя. Два мощных волка против одной твари - это было слишком даже для мантикоры. Она дёрнулась в последний раз и затихла.
На поляне повисла тишина. Все были изранены, покрыты грязью и кровью, к счастью по большей части, чужой, но живы.
Джексон сидел на земле, Денни бинтовал ему плечо своей рубашкой.
- Ты идиот! - кричал Денни на Уиттмора. - Почему ты никогда не можешь просто отойти?!
- Потому что я быстрее тебя! - огрызнулся Джексон сквозь зубы от боли.
Стайлз подошел к ним:
- Эй... вы как?
Джексон посмотрел на него снизу вверх:
- Ты был крут... Щеночек.
Стайлз усмехнулся:
- А ты всё такой же придурок... Сокапитан.
Они помогли друг другу подняться и побрели обратно к дому Хейлов. Питер тащил на плече тушу мантикоры. «Пригодится для исследований и ингредиентов», - заявил он. Девчонки, Мейсон и шериф, которым не удалось поучаствовать в битве шли позади стаи, присматривая чтобы все добрались до дома спокойно. Мейсон при этом громко рассуждал о том, что согласно его исследованиям, мантикор не видели уже больше ста лет, а последнее упоминание об этом монстре похоже на выдумку пьяного писателя.
Когда они вошли во двор, запах жареного мяса ударил в нос. Джордан посмотрел на обугленный гриль:
- Кажется, стейки сгорели...
Дерек открыл дверь дома:
- Плевать на стейки. У нас есть пицца навынос из той новой итальянской забегаловки на углу за заправкой. И пиво ещё холодное.
Все рассмеялись усталым, но счастливым смехом. Они вошли внутрь, заполняя пространство шумом голосов и запахом леса и битвы.
Шериф Стилински обнял сына за плечи:
- Ты как?
Стайлз улыбнулся отцу:
- Я дома, пап. Мы все дома.
Вечеринка продолжилась до самого утра. Они ели остывшую пиццу прямо из коробок на полу гостиной Дерека Хейла. Они шутили над тем, как Питер пытался сделать чучело из хвоста мантикоры «Это будет мой новый аксессуар для библиотеки!». Они смеялись над тем, как Лиам случайно поджёг занавеску Джордан потушил её быстрее, чем кто-то успел испугаться.
Это была странная семья из охотников, оборотней, людей, лис, банши и одного Хранителя Леса с проблемами контроля когтей во время чихания.
Но это была их семья. И они были готовы ко всему, что могло принести следующее полнолуние или зов Неметона посреди ночи.
А Неметон... Неметон наконец обрел покой Он больше не звал тьму в Бикон-Хиллс Он нашло своего хранителя. Не духа, не призрака, а живого дышащего человека, который мог стать волком, когда это было необходимо.
Битва с мантикорой словно что-то сдвинула в Стайлзе. Или же скорее поставила на место. Словно убедившись в своей силе и своей стае, он смог выдохнуть и развернуть плечи. Улыбка теперь была искренней, как года назад. Он перестал замирать на середине разговора, больше не боясь, что от него отмахнутся или не примут всерьез. Окончательно убедиться в своей нужности ему помогли несколько бесед, состоявшихся независимо друг от друга.
Первая беседа состоялась через пару дней после суматошной вечеринки, на кухне дома Стилински. Ноа мыл посуду после ужина, методично натирая тарелку, пока Стайлз делал вид, что читает учебник по истории, но его взгляд был расфокусирован. Он смотрел на спину отца, долго собираясь с духом. Он смотрел на знакомые движения отца - как он поворачивает кран, как ставит тарелку в сушилку - и чувствовал ком в горле. Наконец он отложил книгу.
- Пап?
Ноа не обернулся, но его плечи напряглись.
- Да, ребенок?
- Мы... мы никогда не говорили об этом. По-настоящему. О том дне.
Тишина повисла в воздухе, густая и тяжёлая. Ноа выключил воду и медленно обернулся, вытирая руки полотенцем. Его лицо было усталым, но глаза смотрели прямо на сына.
- Я не знал, как с тобой об этом говорить, - тихо признался он. - Я боялся. Боялся сказать что-то не то и сломать то, что у нас осталось.
- Ты не сломал, - быстро сказал Стайлз. - Ты спас меня. Вы все спасли.
Ноа покачал головой и подошёл к столу, сев напротив сына.
- Нет, Стайлз. Я кричал на тебя. Я сказал тебе ужасные вещи перед тем, как ты ушёл в лес. Я сказал, что ты приносишь только хаос.
Стайлз опустил глаза.
- Ты был прав.
- Нет! - голос шерифа прозвучал резче, чем он хотел. Он смягчил тон. - Нет, сынок. Я был напуганным стариком, который не понимал мир, в котором живёт его сын. Я видел только опасность. Я не видел твоей силы.
Стайлз поднял взгляд, в его глазах блестели непролитые слёзы.
- Я чувствовал себя бесполезным, пап. Все вокруг - оборотни, банши, охотники. А я просто человек с ноутбуком и синдромом дефицита внимания и гиперреактивности. Я думал, что это единственный способ стать чем-то большим, помочь своим друзьям.
Ноа накрыл своей большой ладонью руку сына на столе.
- Ты всегда был чем-то большим, Стайлз. Ты - мозг этой группы. Ты - её сердце. То, что ты теперь можешь превращаться в серебристого волка, это просто новый инструмент в твоём арсенале. Но ты остался собой. Моим сыном.
Стайлз шмыгнул носом и сжал руку отца в ответ.
- Прости, что напугал тебя до смерти.
Ноа усмехнулся, и в его глазах блеснула влага.
- Ты напугал меня так, как я никогда в жизни не пугался. Но я горжусь тобой. Не за то, что ты решил провести ритуал, а за то, что ты хотел защитить всех нас.
Они сидели так ещё несколько минут в уютной тишине, пока Стайлз не пробормотал:
- И всё-таки я могу завести собаку?
Шериф застонал и отпустил его руку:
- Мы вернёмся к этому разговору лет через десять или больше.
Второй разговор произошел ночью в лесу у Неметона. Дерек стоял, прислонившись к огромному дубу и глядя на луну, когда Стайлз подошел к нему почти бесшумно - теперь он это умеет.
Дерек услышал его шаги или просто почувствовал запах, но не обернулся.
- Ты пахнешь сожалением, - сказал он вместо приветствия.
Стайлз встал рядом с ним, копируя его позу у дерева.
- Я не сожалею. По крайней мере о ритуале.
- Я знаю, - кивнул Дерек. - Ты сожалеешь о том, что думал, будто он тебе необходим.
Стайлз вздохнул:
- Вы все смотрели на меня так... снисходительно. Как будто мои идеи - это просто болтовня нервного подростка. Ты отмахивался от меня как от мошки, видя только Скотта.
Дерек наконец повернулся к нему. Его лицо было серьёзным в лунном свете.
- Стайлз, я был почти мёртв большую часть времени, пока ты рос в этом дерьме. Но даже я знаю: ты никогда не был просто «нервным подростком». Когда Скотт был импульсивен - ты был последователен. Когда мы были слепы - ты был глазами.
- Но я был человеком.
- И что? - Дерек изогнул бровь. - Помнишь каниму? Помнишь Ногицунэ? Ты побеждал существ, которые могли разорвать оборотня пополам одной рукой. Не когтями. Не силой альфы. А словами и мозгами. Я, как ты говоришь, видел только Скотта, потому что только он представлял опасность и для тебя, и для себя. Но я не мог не видеть тебя!
Стайлз молчал, слушая.
- То, что случилось в лесу... это была не твоя слабость. Это была твоя сила воли, доведённая до предела от усталости быть недооценённым. Но ты ошибался. Мы никогда не списывали тебя со счетов. Мы просто... иногда были идиотами и забывали сказать тебе спасибо.
Дерек сделал шаг ближе и положил руку на плечо Стайлза.
- Ты нужен нам не как волк. Ты нужен нам как Стайлз Стилински. А волк - это просто приятный бонус для драки с мантикорами.
Стайлз фыркнул от смеха:
- Ты научился шутить?
Дерек пожал плечами и притянул парня в бережные но крепкие объятья:
- Жизнь с тобой и Питером заразна.
Третий разговор не заставил себя ждать, состоявшись на следующий день в библиотеке.
Питер сидел за столом, обложившись книгами так, словно строил крепость из бумаги и кожи. Стайлз подошёл и бесцеремонно стащил верхнюю книгу из стопки.
- Эй! - возмутился Питер, не отрываясь от чтения следующей книги - Это редкий экземпляр, за который я отвалил целое состояние. Положи на место.
Стайлз проигнорировал его и открыл книгу на случайной странице с гравюрами демонов.
- Знаешь... - начал он задумчиво. - Дерек сказал мне кое-что сегодня.
Питер наконец поднял взгляд от страницы:
- О? Надеюсь, он не пытался научить тебя правильно хмуриться? У тебя это получается слишком естественно для твоего юного возраста.
Стайлз пропустил колкость мимо ушей:
- Он сказал, что моя сила воли впечатляет даже по меркам Хейлов.
Питер замер на секунду, а затем откинулся на спинку стула с хищной улыбкой:
- Мой племянник наконец-то научился делать комплименты? Мир катится в пропасть быстрее, чем я думал.
Стайлз закрыл книгу и посмотрел оборотню прямо в глаза:
- Перестань ёрничать хоть на минуту. Почему ты помог мне тогда? В клинике? Ты мог бы позволить Дитону забрать силу и стать богом друидов или кем он там хотел стать. Это было бы тебе на руку - ослабить конкурента чужими руками. Или даже мог перехватить ее сам, а знаю, что ты бы с этим справился.
Улыбка сползла с лица Питера так же быстро, как появилась. Он встал и подошёл к окну библиотеки, глядя на заповедник.
- Я могу быть мерзавцем, Стайлз. Могу быть даже ублюдком. Но я не могу позволить произойти тому, чего хотел добиться Алан. - Тихо сказал он без тени сарказма. - Дитон предал нас всех ради власти. Он предал стаю, которой клялся в верности. Он предал женщину, которую как он утверждал, любил. Он погубил Скотта. И едва не погубил тебя. А ты... ты напомнил мне кое-кого.
- Кого?
Питер повернулся к нему:
- Талию. Она приняла много неудачных решений. И я никогда не узнаю, какие были навязаны ей Аланом, а какие она приняла сама. Но она тоже всегда была готова пожертвовать собой ради других идиотов. Это раздражало при жизни, но вызывало уважение после смерти.
Он подошёл к Стайлзу вплотную:
- Кроме того, если бы Дитон получил такую силу, он бы первым делом попытался меня убить или подчинить себе. А я слишком люблю себя живым и свободным, чтобы позволить этому случиться.
Стайлз усмехнулся, принимая игру мужчины:
- Значит, это был эгоизм?
Питер щёлкнул его по лбу:
- Конечно! Но эгоизм во имя высшей справедливости! А теперь перестань копаться в моей душе как будто мы в дешёвой мелодраме и помоги мне найти информацию о чешуйчатых тварях с крыльями летучей мыши. У нас впереди долгая ночь исследований перед тем, как мы снова пойдём спасать мир от очередного нашествия тварей, которые для большой массы являются выдумкой.
Крис методично разбирал пистолет для чистки. Его движения были выверенными до автоматизма - результат десятилетий практики. Стайлз стоял у мишени, глядя на пробитый центр «десятки».
Крис закончил разборку и начал протирать детали масляной тряпкой.
- Ты хорошо стреляешь для того, кто предпочитает когти оружию, - заметил он нейтрально.
Стайлз пожал плечами:
- Папа – шериф и детство в полицейском участке. Я не люблю оружие, но стрелять научился, едва мне исполнилось четырнадцать. Дерек говорит, что оружие может дать осечку или закончиться патроны. Когти всегда при тебе.
Крис хмыкнул:
- Мудрость от Дерека Хейла. Кто бы мог подумать? Хотя в этом он прав.
Он отложил тряпку и посмотрел на Стайлза прямым взглядом охотника:
- Я должен извиниться перед тобой.
Стайлз удивлённо моргнул:
- За что?
Крис покачал головой:
- За то время, когда моя семья считала тебя врагом просто потому, что ты был связан со сверхъестественным миром через Скотта. И за ту боль, что принесли тебе мой отец, моя сестра и даже моя дочь. Я видел твой потенциал ещё тогда, но позволял предрассудкам семьи затуманивать разум. – Он встал и подошёл к мишени, встав рядом со Стайлзом. - Теперь я вижу тебя настоящего. Бойца. Воина. Хранителя Леса. И знаешь что? Я, наверное, все же плохой отец. Но если бы мне пришлось выбирать между обучением своей дочери или тебя, я бы выбрал тебя без колебаний.
Стайлз опешил:
- Правда?
Крис положил тяжёлую руку ему на плечо:
- Правда. Эллисон была моей дочерью, но ты стал моим сыном по духу ещё до того ритуала. В ту ночь, когда ты, трясясь от страха, кричал мне в лицо правду о моей сестре. Когда не испугался встать против безумного оборотня. Когда пришел за мной, Ноа и Мелиссой, спасая нас от участи стать жертвами Дараха.
Каждый раз когда, не смотря на инстинкт самосохранения, который вопил тебе бежать, вставал рядом с друзьями против опасности. Ты умеешь думать как охотник - просчитывать ходы наперёд, видеть слабые места врага там, где другие видят только силу. Но при этом ты лишен предрассудков в отношении сверхъестественного, что делает тебя объективным и справедливым.
Он сжал плечо крепче:
- Никогда больше не думай, что тебе нужно доказывать свою ценность кровью или смертью. Твоя ценность уже доказана тем фактом, что ты всё ещё здесь дышишь этим пыльным воздухом полигона вместе со мной вместо того чтобы быть мёртвым героем в красивой легенде которую никто не расскажет потому что некому будет слушать кроме Неметона, а он плохой собеседник поверь мне я знаю о чем говорю.
Стайлз рассмеялся от внезапного потока слов обычно сдержанного охотника:
- Понял-понял! Я останусь живым занудой с ноутбуком!
Крис улыбнулся уголком губ:
- И стальной битой. Именно этого от тебя и ждут все идиоты, в этом городе включая меня.
Разговора с Перришем Стайлз не ожидал. Но он все же состоялся.
Джордан сидел на капоте своей машины, глядя на звёзды над Бикон-Хиллс. Стайлз вышел из тени деревьев бесшумной походкой волка, ему нравилось двигаться плавно, не сшибая все на своем пути и не спотыкаясь о собственные ноги. Хотя иногда такое все же еще случалось.
Джордан даже не вздрогнул:
- Я слышал твои шаги за милю отсюда. Ты топаешь, как слон когда думаешь что крадёшься как кошка, Стилински.
Стайлз усмехнулся и запрыгнул на капот рядом с ним:
- Старший братец Пэрриш учит младшего жизни?
Джордан толкнул его плечом:
- Что-то вроде того... Ты сегодня какой-то слишком тихий для себя. Хотя даже после битвы с мантикорой болтал без умолку о том какая она была мерзкая и о том, что Питер хотел забрать её хвост себе на память.
Стайлз вздохнул глядя на огни города:
Я думал о том дне, когда чуть не умер. И о том, что вы все пришли за мной. Хотя я думал что вы меня ненавидите или презираете.
Джордан стал серьёзным. Он повернулся к Стайлзу полностью. Его глаза отражали свет далёкого фонаря.
– Послушай меня, мелкий. Потому что я скажу это только один раз. Я не твой биологический брат. У нас нет общей ДНК или семейных альбомов. Но если бы мне пришлось выбирать брата из всех людей, которых я знаю, я бы выбрал тебя. – Он ткнул пальцем Стайлза в грудь достаточно сильно, чтобы тот пошатнулся. – Ты тот, кто бросается в огонь ради других. Ты тот, кто думает головой, когда все остальные паникуют или думают кулаками. Ты тот, кто пожертвовал всем, чтобы защитить город, который даже не всегда ценил тебя. И если ты ещё раз решишь повторить этот трюк с кинжалом, я лично найду тебя в загробном мире, вытащу оттуда за шкирку и врежу, так что мало не покажется.
Стайлз посмотрел на него с благодарностью, которая граничила с болью в глазах. Он протянул руку и Джордан притянул его к себе, крепко обнимая и кладя подбородок ему на макушку. Они сидели так ещё долго, молча глядя на звёзды. Два стража города один из плоти и крови, другой из магии леса связанные узами которые были крепче крови.
Стайлз стоял на том же месте где проводил ритуал почти год назад. Теперь здесь росла молодая поросль вокруг старого пня, а из самого центра пророс крепкий черенок, который скоро станет новым деревом.
Он чувствовал пульсацию земли под ногами спокойную уверенную. Он больше не чувствовал себя бесполезным. Он знал, что теперь он не просто часть стаи. Он её фундамент.
Город спал, защищенный теперь не только силой оружия или когтей, но и волей человека, который был готов отдать все, чтобы защитить то, что любит. И пока светилась луна над Бикон-Хиллс, пока текла кровь по венам оборотней, пока билось сердце шерифа Стилински, он будет стоять на страже. Потому что иногда чтобы стать по-настоящему сильным, нужно отдать все, что у тебя есть. И получить взамен возможность выбирать, кем быть человеком или зверем. И уметь быть обоими сразу.